Я обещала, что буду осторожно принимать снадобье, причём строго перед сном.

Ванну я принимала долго и самым тщательным образом вымылась, используя различные увлажняющие масла для кожи. Поймала себя на мысли, что жду с трепетом эту ночь, и тут же отругала. Не собираюсь я совершать подобную глупость. Однако зачем-то надела самую соблазнительную шёлковую сорочку с тонкими кружевами и добавила капельку духов на венку шеи и в ложбинку возле откровенного выреза.

Приняла успокаивающее зелье, проверила на всякий случай, закрыты ли везде двери, потушила светильники, оставив только тусклый ночник, и легла в постель.

Сначала сон долго не шёл — мысли постоянно крутились в голове, подкидывая воспоминания о том, как я с упоением целовалась с императором у водопада. Так и заснула на боку, видя перед собой тёмные глаза Бенедикта, полные страсти и желания, чувствуя до сих пор его губы."

"Мысли плавно перетекли в сон, где знакомые горячие ладони нежно скользнули по моей лодыжке, двигаясь вверх по ноге. Приятная нега тут же обволокла меня в кокон удовольствия. Я протяжно вздохнула, расслабляясь под ласковыми руками, которые уже бесстыдно двигались по моему бедру, задирая край и так короткой сорочки.

Какой волнующий сон! Даже успокаивающее зелье не действует.

А чужие руки между тем уже гладили меня под кружевной тканью, распаляя давно забытое желание.

— Бенедикт, — простонала я, узнав ладони императора, которые бесстыдно сжимали мою грудь, и соски тут же отреагировали на ласку, став твёрдыми и чувствительными.

— Да, ночная фиалка, я весь твой, — горячий шёпот коснулся моего уха, и наглые губы поцеловали меня в шею, а нос жадно вдыхал аромат моих волос.

 — Я же сказал, что приду к тебе. Ты ведь ждала меня?

— Ждала, — честно призналась я и перевернулась на спину, желая продолжения. Губы императора тут же накрыли мои уста, впиваясь жадным поцелуем, и я порывисто ответила на ласку, обхватив мужчину за шею. Дыхание сбилось, я судорожно вдыхала аромат лаванды и наконец отпустила свои чувства на волю. Во сне можно всё.

Требовательные руки тут же стянули с меня сорочку, оставив лежать на прохладных простынях совершенно обнажённой. Тело горело и ждало продолжения, которое не заставило себя долго ждать.

Я в предвкушении раздвинула колени, нежные пальцы коснулись моего лона, и я ахнула от острых ощущений, которые пробили тело сладкой судорогой.

— Такая же чувственная и желанная, — вкрадчивый шёпот завораживал, обещая наслаждение, а ласки становились всё откровеннее и настойчивее. Внизу живота нарастало тягучее напряжение, в промежности стало горячо и влажно в ожидании более активных действий. В какой-то момент я начала стонать в голос, двигая бёдрами, руки вцепились в шелковистую шевелюру императора.