Летом местонахождение ресторана добавляло своего колорита, а зимой, скорее, доставляло проблемы. И то не все три месяца, а несколько недель, на которые выпадали обильные осадки.

– Ой, а это разве не твой Ромео? – остановилась Лерка, дернув подруг. Сердце у Марины забилось быстрее, дыхание участилось, а воздух отчего-то показался разряженным, дышать стало тяжелее.

– Витя… – прошептала она, не веря своим глазам. Как же радостно было его видеть! Под ребрами сладко заныло, бабочки в животе запорхали."

"Шестаков стоял напротив своего джипа в расстегнутой парке, без шапки, словно на улице была плюсовая температура, а не падал снег.

Он лениво кликал по экрану телефона, терпеливо ожидая кого-то. Марина сначала подумала, ее ждет, но потом отогнала эту мысль, Витя не знал о «ДаВинчи». Если только кто-то не проболтался… С другой стороны, сейчас она подойдет к нему, и все само собой решится.

И только Марина сделала шаг, как пришло ужасное осознание, впивающееся острыми осколками в грудь. Витя здесь ради этой… проклятой официантки, Маргариты. Непросто же так они оба замерли, разглядывая друг друга.

Глава 08 - Витя

После ресторана приехал домой, плюхнулся на кровать и молча уставился в потолок.

В голове так и звучал голос Антона, перед глазами стоял взгляд Риты и проклятый выпускной. Пришло дурное, режущее осознание – я все испортил. Да, в груди до сих пор таилась обида на Романову за ее поступок, за проклятое молчание, которым она от меня отгородилась, разрушив наши отношения. Но что если… что если именно я был тем самым механизмом, который дал сбой?..

После выпускного моя жизнь превратилась в серую кляксу, и я не пытался добавить в нее красок, нет, наоборот, хотел замазать прошлое черным или же стереть навсегда.

Однако теперь отчего-то казалось, я делал все неправильно.

Заявление в полицию, родители Акима, больной брат… Твою мать! Чего еще я не знаю и что должен узнать, чтобы научиться жить дальше? Может, Тоха и прав, может, мне реально нужно просто поговорить с Ритой с глазу на глаз, расставить все по местам, закрыть незавершенный гештальт.

Всю ночь я промаялся, раз десять вставал, ходил на кухню, пил кофе и смотрел в окно на блестящие снежинки, что сыпались с неба подобно маленьким звездам.

Три года назад, вот также смотря вдаль, я представлял, как мы с Ритой будем жить вместе, снимать квартиру, готовить, ужинать, а потом целоваться до рассвета, пока губы не устанут.

Но реальность такова: живу я один, в светлой однушке, не ставлю елку на Новый год, не делаю салаты и совсем не мечтаю о семье. Да, у нас с Мариной вроде как отношения, вполне себе нормальные, не напрягающие, однако именно сегодня, стоя напротив окна с горячей кружкой кофе, я вдруг осознал, как хорошо, что живу один.