Ну, так, ничего, но слишком явное морализаторство, на мой взгляд. Я этот фильм не помню из детства, если честно. Всё-таки, у нас не показывали.

После просмотра мы все проходим в просторную столовую пить чай с пирогами. Помощник генсека или безопасник, высокий круглолицый дядька идёт с нами, и проверив всё, выходит. Жена Брежнева, Виктория Петровна, кино не смотрела, но в чаепитии участие принимает. Даже, можно сказать, играет руководящую роль.

Столовая большая, действительно, как в ведомственном доме отдыха, но роскоши никакой нет. Всё очень просто. А пироги шикарные, надо отметить. Они-то, как раз, роскошные.

— Ну что… молодое поколение, — смотрит на меня Ильич. — Понравилось кино? Ты же охотник, да? Знаешь как с ружьём обращаться?

— Знаю, немного, — с улыбкой соглашаюсь я.

— Почему это, немного? — прихватывает меня дед. — А как же ты… кхе… в армию пойдёшь?

— А его не возьмут, — отвечает за меня Галя. — Он по здоровью не проходит.

Ну, надо же, она больше меня обо мне знает. Леонид Ильич хмурится:

— Хм… больной? На охоту молодец, а в армию больной?

— Он не больной, у него ранение недавно было.

— Ничего, — киваю я. — Я с врачом разговаривал, он сказал, что можно будет. Так что пойду со временем.

— И откуда это… хм… ранение? — поднимает брови генсек.

— А он бандитов ловил, — опять успевает Галя. — У него и медаль есть за охрану правопорядка, или как она? Как, Юра?

— Хм… — крутит головой Ильич. — Медаль?

Чурбанов рассказывает суть моей истории. Надо же, осведомлённость какая.

— А ещё, Леонид Ильич, он вчера помог предотвратить убийство майора КГБ, вам Андропов не докладывал ещё?

У Наташки глаза становятся по полтиннику. Она ничего понять не может. Вроде я был вчера отпетым отморозком, избившим генерала милиции, и она приняла это довольно спокойно, давно смирившись и проявляя, наверное, внутреннюю готовность следовать за мной и на каторгу, и в острог:

Жулик будет воровать,

а я буду продавать,

мама, я жулика люблю…

А сегодня я предстаю перед самим генеральным секретарём в ореоле героического борца с преступностью. Диссонанс, однако. Когнитивный.

Далее следует облегчённая версия вчерашних событий. Облегчённая, потому что здесь женщины и дети. Но, опять же, хоть и облегчённая, а ориентирующая в нужном направлении.

— Я уже поговорил с Николаем Анисимовичем, — продолжает зять, — попросил его, чтобы он это дело не спускал на тормозах, а своей волевой рукой вычистил скверну. А то знаете, сейчас побегут злопыхатели кричать на всех углах, что Щёлоков работу завалил. А он, как раз, за чистоту рядов борется."

"— Молодец, — кивает дед, — Егор Брагин. Потом, Юра, доложишь по порядку.