Там стоял Алексей Иванович. Тот самый Алексейка, мой первый помощник и менеджер, полюбивший меня и чуть не погоревший из-за этой любви. Самый доверенный человек.

Высокий, статный, обветренный, загорелый. Лицо пастуха, полгода слезавшего с седла, только чтобы вздремнуть в шалаше или у костра под открытым небом. Да так, скорее всего, и было.

Переплыл два океана, но загар остался.

В руке большая кожаная сума. За пятнадцать лет я насмотрелась на людей, переносящих тяжести. И поняла с первого взгляда: пусть груз и компактный, но реально увесистый.

— Здравствуйте, Эмма Марковна, — сказал он с легкой хрипотцой, — к окну пройти надо.

Я пошла в гостиную. Алексей шел следом. Обувь почищена, но наспех. Неухоженные бакенбарды. Но в каждом шаге уверенность: сегодня я имею право на мелкие вольности.

Подошел к подоконнику, сумку поставил с усилием. Рядом со мной встали дети, даже не пытавшиеся скрыть, что им интересно.

Алексей раскрыл сумку. Первый солнечный луч упал на ее сверкающее содержимое: небольшие брусочки, верно сложенные рядками, но рассыпавшиеся.

— Выполнили, Эмма Марковна, то, что вами велено, — просто сказал он.

Дети разразились аплодисментами. А Зефирка, подошедшая позже всех, не без труда поставила передние лапы на подоконник и вгляделась в сумку.

— Прости, что тебя с собой не взяли — ты бы койотов гоняла, — улыбнулся Алексейка. А собака его лизнула.

Послышались неторопливые шаги — вот и супруг. Уже в мундире, умыт и, похоже, побрился в экспресс-режиме. Встал рядом с собакой, посмотрел на золотые бруски.

— Здравствуйте, Михаил Федорович, — сказал Алексей. — Это одна трехсотая от того, что привезли.

Миша обнял Алексейку. Пожал руку. Приподнял сумку, сказал:

— Плюс два годовых бюджета. Ну что, Мушка, шампанское?

* * *Экспедиция Алексея продолжалась два года. Была подготовлена в максимальной тайне. Мы рассуждали просто: если знаем края с доступным золотом, значит, надо воспользоваться. По крайней мере, снять сливки, взять то, что добывается простейшими раскопками. Пусть потом извлекают по крупицам и строят шахты.

Сначала думали про Аляску. А потом вспомнили про Калифорнию. Там теплее, а крепость Росс еще не продана, имеет неплохую бухту, верфь и может быть использована как точка входа.

Был построен мой первый корабль океанского класса — «Морская голубка». Совершил несколько испытательных плаваний по осенней и зимней Балтике — зимовал в Риге. А весной, после ремонта и экспресс-доработки, отправился в далекий путь через Атлантику, мимо мыса Горн, в Тихий океан.

На корабле было оборудование, достаточное, чтобы построить небольшой плавильный завод. А также выпускники Горного института и двое уральских старателей, способных почти вслепую отличать золото от слюды.