– Вина? Отвара?

– Отвара.

– Хорошо. Вино туманит разум и делает человека слабым.

– Совсем не пьёшь? – поддержал я ничего не значащую беседу, понимая, что нам обоим надо собраться с мыслями.

– Скажем так, личные винные погреба Владетельной основательно пополнились за эти годы.

– Тяжело, наверное, остальным.

– Нет. Всё, что не касается напрямую Кнара, я стараюсь не контролировать.

– Понятно…"

"Внезапно образовалась неловкая пауза, во время которой мы внимательно разглядывали друг друга. Тонкие черты лица, красивые, но холодные глаза умного, пережившего многое, человека, тёмные с лёгкой рыжиной волосы… Была бы блондинкой – назвал бы Снежной Королевой, но, несмотря на определённую властность, выраженную в каждом движении и мимике, не было ощущения высокомерия.

Я искал ту девчонку, которую знал раньше. И чем больше всматривался, тем больше понимал – её здесь нет.

– Насмотрелся? – внезапно произнесла она, нарушив тишину.

– Да, – односложно ответил я.

– И как?

– Придётся знакомиться заново. Той Яры уже никогда не будет.

– Она умерла в день смерти матери.

– Понимаю.

– Вряд ли! Думала, что с ума сойду от горя.

Мама и ты... В один день… Хорошо, что остальные её боевые подруги остались живы и поддержали меня. В Шлёсс отправили, – неожиданно начала она рассказ о своей судьбе. – Тётушка Невва с твоими дочерьми поселила. Потом Викт-Орр к нам прибился. Всем плохо, но я старше всех и, значит, должна была быть сильнее! Тогда я впервые поняла, что такое настоящее чувство долга. Ты, мама, Нирра – все пытались объяснить, но неправильно.

– И что же это, Владетельная? – спросил её, ожидая умного ответа.

– Ничего, Егг-Орр... Обуза. Чувство долга пришлось заменить совестью.

– А ты не запуталась в понятиях?

– Нет. Чувство долга навязывают извне, пытаясь тобой манипулировать, а совесть – личное восприятие поступков. Они могут пересекаться, но имеют разные причины изначально.

– Сильно! Я, если честно, так глубоко не копал. Но к чему ты это?

– Что привело тебя в Кнара, Егг-Орр? Чувство долга или совесть?

– Ни то ни другое. Чувство долга говорило, что надо сразу направляться в Кнара, а совесть не позволяла прийти сюда живым без Селлы…

– И? – внимательно посмотрела мне в глаза Ярра.

– Разберусь – скажу.

– Лукавишь.

– Не более, чем ты. Все меня спрашивали, как тогда мы погибли от рук убийцы Серых. Все, но не ты, хотя знаю, что этот вопрос тебя волнует. Почему не интересуешься?

Ярра вышла из-за стола и подошла к окну, уткнувшись в виды замкового двора.

– Ты меня в чём-то обвиняешь? – сказала она с нажимом, после недолгого размышления.

– Нет. Просто спросил, но ответа не слышу.

– Будем считать, что ничья в этом вопросе, – покладисто согласилась Владетельная. – Я так понимаю, что мы оба не готовы отвечать искренне.