– Как заколебали эти новые модные тенденции! – ругнулся он, минуя открывшийся шлагбаум. – Хрен попадешь, если срочно.

Дверь в квартиру Крючкова оказалась открыта, и Лена зажмурилась:

– Только трупа нам не хватало!

– Не каркай! – Андрей решительно толкнул дверь и вошел внутрь.

Крючков оказался жив, но мертвецки пьян, лежал поперек кровати в спальне, в окружении пустых бутылок из-под коньяка и двух пепельниц, заполненных окурками. Андрей хмыкнул, глядя на этикетки:

– «Наполеон», не хухры-мухры. Со вкусом погулял дядя. Когда очнется, будет чувствовать себя как однофамилец напитка после Бородинской битвы.

Лена едва не взвыла от огорчения, но Андрей, засучив рукава, споро отволок почти неподвижное тело в ванную и там долго приводил в чувство, обливая водой. Когда очнувшийся Крючков начал вопить матом и брыкаться, Паровозников крепко встряхнул его и пригрозил:

– Не умолкнешь – утоплю! Я из уголовного розыска, понял? Отвечай быстро: куда любовница подевалась?

– Кто… какая… ты кто вообще? – забормотал испуганный Крючков. – Да пусти ты! – Он попытался вырваться, но Андрей снова встряхнул его:

– Пойдем в комнату, расскажешь.

Усадив мокрого и дрожащего от холода и похмелья Крючкова на диван в гостиной, Андрей снова повторил вопрос:

– Где твоя любовница?

– Солька? – процедил сквозь клацающие зубы Крючков. – Век бы ее, суку, не видеть! Кинула меня, шкура!

– А подробнее?

– Все бабки с моего счета умыкнула и пропала, тварь! Найду – в куски порежу!

– Аккуратнее, Илья Богданович, в выражениях, – посоветовала Лена. – И давайте по порядку.

– Мне бы чаю, – взмолился трясущийся хозяин квартиры. – И это… шмотки сухие, холодно…

– Бегом переодеваться, я чайник поставлю, – скомандовал Андрей. – Кухня где?

– По коридору налево, – шатаясь, Крючков скрылся в глубине квартиры, а Андрей ушел в кухню ставить чайник.

Лена огляделась. В квартире ничего не напоминало о том, что Крючков женат: типичная холостяцкая берлога, разве что все в ней новое и свежее, видимо, эту квартиру он приобрел недавно для встреч с Соледад. Когда хозяин, переодетый в спортивный костюм, вернулся, она задала ему этот вопрос и получила прямой ответ:

– Ну, могу себе позволить, чё…

– Когда вы видели Соледад Сергеевну в последний раз?

Крючков задумался.

– А какой сегодня день?

– Пятница.

– Ох ты ж… это я с понедельника бухаю, выходит? Ни фига себе… – изумился он, растерянно глядя на Лену. – Жена, поди, весь телефон оборвала…

– Илья Богданович, давайте потом об этом, хорошо? У нас мало времени.

Андрей вернулся с большой кружкой чаю, поставил ее перед Крючковым и уселся в кресло:

– Крепко погуляли, уважаемый. Что отмечали-то?

Крючков обхватил кружку руками и буркнул:

– Нечего отмечать мне, граждане дорогие.