С раздражением отмечая следом возникшую тишину, Василий Филиппович встал напротив Самсонова, едва ли не в упор уставившись ему в лицо и с трудом сдерживая злость, процедил:

— Доклад!

Помявшись буквально несколько секунд на месте, но тем не менее не отводя глаз от пристального взгляда командира, Самсонов всё-так стал говорить:

— Молодой среди ночи пропал почти на час, господин капитан. На мой взгляд, это довольно подозрительно. — искоса меня оглядев бросил младший сержант. — Мы, сами понимаете, решили поинтересоваться, где он шлялся. Но Черногвардейцев ничего вразумительного ответить не смог, кроме вранья про туалет. Дальше драка.

— Терпила! — следом же послышалось откуда-то с задних рядов, где сейчас стоял строй молодого пополнения.

На это Василий Филиппович отреагировал моментально.

— Кто это ляпнул?! — бросил он очередной злой взгляд в сторону, откуда прозвучал голос. — Упор лёжа принять! — внимательно наблюдая как новоприбывшие солдаты выполнили команду, он продолжил. — Здесь и сейчас, на ближайшие полтора года я для вас папа и мама. Мне можно и нужно докладывать всё, что происходит в роте, с ротой и вокруг роты! Иначе вы, молодые дол***бы начнёте стрелять друг друга завтра в окопах. Для тупых объясняю! Мы здесь создаём боевое братство. Братство, которое и завтра, когда вы вернётесь на гражданку, будет друг другу помогать. Но до этого ещё дожить надо. У нас тут война! Поэтому советую напрягать мозги как освоить воинское ремесло и выжить, а не вопросами самоутверждения в обществе заниматься! Всю свою агрессию, крутость, ярость и отвагу нужно будет показать вон там! — указывая предположительно в сторону передовой, грубым басом заключил капитан.

Побуравив взглядом своих новых бойцов, офицер, медленно разворачиваясь к нам, виновникам текущего собрания, продолжил:

— А пока я разбираюсь с ними, вы отжимайтесь от пола и думайте над моими словами. Хорошо думайте! — следом, вновь встав напротив меня, Василий Филиппович завис, уперевшись взглядом в мои глаза. — Фамилия?

— Рядовой Черногвардейцев!

— Докладывай, Черногвардейцев.

— Всё было как и доложил вам Самсонов, господин капитан. — немного помешкав и оглядев сержанта, нехотя начал я. — Они не поверили, что я так долго был в туалете. Слово за слово, дальше драка.

Ближайшие двадцать минут капитан уточнял ряд вопросов, удивлялся степенью «разрисованности» лиц участников произошедшего, а также отсутствию следов драки на лице моём. Кончилось всё, должен признать, довольно оригинально…

— Кузнецов!

— Я!

— Два шлема сюда, быстро! А вы, двое — форма одежды четыре. Через минуту здесь же.

Учитывая, что я и так уже был одет, мне оставалось лишь привести себя в порядок, застегнуть китель, и остаться дожидаться Самсона.