Высокие окна, затянутые плотными бордовыми шторами, пропускали лишь тусклый свет осеннего дня, из-за чего в комнате царил полумрак. Единственным источником света была старинная настольная лампа с абажуром из золотой ткани, освещающая рабочее пространство стола перед княжной.

Новый кабинет Пожарской находился на пятом этаже той же высотки — с недавних пор женщина пересмотрела свои взгляды на роскошные виды из окна в пользу более безопасных вариантов. Всё-таки выжить после падения с малой высоты одарённому было значительно проще, нежели чем после полёта с самого верха небоскрёба.

Инна Геннадьевна сидела за этим самым столом, утомлённо облокотившись на его край. Под ногтями — вытянутыми, аккуратно подпиленными и покрытыми красным лаком — светлел белоснежный лист документа, который она лениво перелистывала, даже не пытаясь вникнуть в суть. Её пронзительные светлые глаза, обычно излучающие холодную уверенность, сейчас были тусклыми. Слабая тень под веками и напряжённые линии на лбу выдавали накопившуюся усталость. Идеально гладкая причёска подчёркивала её стремление к самоконтролю, а осунувшиеся черты и строгий тёмный костюм усиливали впечатление неприступности, за которой, впрочем, скрывалась загнанная в угол женщина.

Княгиня с трудом подавила зевок, привычным движением поправляя кольцо с крупным изумрудом. Внезапный стук в дверь и последовавшее за ним резкое её открытие заставили Инну напрячься. На пороге кабинета стоял её помощник — молодой человек в безупречно выглаженном костюме. Лицо его, обычно невозмутимое, выражало тревогу.

— Ваша Светлость! Простите, вы позволите? Там по новостям…

Инна нахмурилась, слегка приподняв голову.

— Что? — холодно произнесла она, уже готовая раздражённо отмахнуться, но не успела.

— Сейчас, минуту, — торопливо прервал помощник, подходя к углу комнаты и, извинившись жестом, включил настенный телевизор. Сам он тут же отступил в тень, чтобы не мешать княгине наблюдать за происходящим.

Сначала экран мигнул, показывая логотип телеканала, затем в кадре появилась молодая девушка, стоявшая на фоне массивного здания с колоннами, в котором Пожарская без труда узнала один из фасадов Московского государственного университета. Тёмное пальто поверх строгого платья и аккуратно уложенные волосы создавали образ хладнокровной и сосредоточенной женщины.

— На протяжении почти всего прошлого месяца шли ожесточённые столкновения между представителями двух древних родов: Пожарскими и Черногвардейцевыми, — поставленным и уверенным голосом вела репортаж девушка, в то время как княжна, услышав свою фамилию, внимательно прищурилась.