Скелет Паж с надвинутой на глаза шляпой, мешающей ему подсматривать, сидел в углу на старом чемодане и обиженно щелкал зубами.

– Паж, не действуй мне на нервы! Я старая больная женщина! В шкаф загоню! – не оборачиваясь, крикнула ему Гробыня.

«Старая больная женщина» на животе лежала на своей вызывающей кровати в форме перевернутого гроба и, подложив под подбородок подушку-сердечко, что-то с интересом читала. Вначале Таня была уверена, что это комиксы или журнал экстремальной моды, но, приглядевшись, поняла, что это толстая книга в кожаном переплете.

Со страниц книги тянуло копчеными летучими мышами и дурман-травой в невероятном сочетании с незабудками.

На корешке крупными буквами значилось:

«КАК СТАТЬ НЕОТРАЗИМОЙ. 500 ЗЕЛИЙ И ПРИВОРОТОВ ОТ КЛЕОПАТРЫ ЕГИПЕТСКОЙ».

Судя по древности книги, она находилась в закрытом фонде. Наверняка Гробыне пришлось выпрашивать её у библиотечного джинна.

– Что, проблемы с личным обаянием? Своими силами уже никак? – насмешливо поинтересовалась Таня.

– Отвянь, сиротка! – огрызнулась Гробыня.

Она была занята. Воевать прямо сейчас ей не хотелось.

– А министерством здравоохмурения эти рецептики одобрены? Как там насчет побочных действий? Бакенбарды не вырастут? А ослиные уши? – уточнила Таня.

– У Клеопатры же не выросли, – буркнула Гробыня.

– А ты её уши видела? – поинтересовалась Таня. – А не видела, так у Ягге спроси. Говорят, они с Клеопатрой в молодости были подругами. Довольно долго дружили, пока не поссорились из-за одного шустрого лопухоида. Его довольно быстро пристукнули свои же.

Антоний, кажется, его звали. Так вот, Ягге утверждает, что Клеопатре её привороты капитально аукнулись."

"Склепова раздраженно швырнула в Таню подушкой и снова уткнулась в книгу.

– Мерси за совет, Гроттерша! Я же не дура, чтобы сама всякую гадость глотать. Лучше я придумаю, как напоить ею Гурия, – заявила она.

«Несчастненький Пуппер! Угробит она его своими зельями. Хоть бы на Гломове, что ли, сперва испытала», – подумала Таня, забираясь под одеяло.

* * *Она давно уже спала, как спала и полная роковых замыслов Гробыня, по-злодейски сладко посапывавшая на своих «500 зельях», как вдруг забытая на столе свеча вначале вспыхнула, а затем погасла.

Робкий скелет затрясся от ужаса. Черные Шторы отразили что-то совсем уж невероятное и опали.

Нечто незримое и неосязаемое метнулось сперва к Гробыне, а затем к Тане, но, в обоих случаях наткнувшись на магическую накидку, вынуждено было отступить. Дух взревел от бессильной злобы. Вылетая из комнаты, он коснулся Черных Штор.