Я думал, она водки попросит, но отреагировала на тайного сына теплее, чем я ожидал. Скорей всего Сергей с ней созванивался… Хм. Я просил держать новость в секрете.

Начинаются глупые обсуждения свадьбы, на которую я согласия не давал. Мать сияет как радуга, суетится, накрывая на стол, готовя семейный ужин. Всё нахваливает и нахваливает Наталью без умолку, а дочка Смирнова даже устричную вилку от обычной отличить не может.

Молча наблюдаю за ними, сидя на диване.

Не по себе вдруг становится.

Приторно, слащаво, наиграно.

Забрать бы сына и свалить!

Только он и я. Вдали от чокнутых родственничков и женщин-истеричек.

Мне уже несколько дней не отпускает странная тревога.

Я разблокировал телефон, мне случайно выскочила реклама новой клиники — видео ролик. Там сообщили, что можно сделать ДНК экспертизу. На видео показали двух родителей. Мужчину и женщину. И малыша. Они все дружно, с улыбчивыми лицами, шагали по коридору клиники. Следующий кадр — они сидят в процедурной и у них берут материал…

Стоп.

Им всем троим сделали анализ.

Наталья…

Она ведь не сдавала материал!

Проклятье!

Меня вдруг осенило.

Почему я это до сих пор не сделал?!

По стандарту берут материал у ребенка и отца.

Но это не мой случай.

Надо было нам сделать так, как сделали в ролике.

Чувство тревоги ощущалось всё сильней и сильней.

Хватаю Наталю, Фёдора и еду в ту самую клинику, которую видел в рекламе. Наталье — ни слова. Взял её под предлогом пройти обычный осмотр.

Материал у нас взяли.

Спустя несколько дней я получил анализы…

Долго ждал этого дня.

Я знал, что покажет тест.

Однозначно.

Интуиция подсказала.

Она не просто подсказала, она орала как ненормальная.

Разрываю конверт, и…

Мысленно выкрикиваю все матерные слова, какие только знаю.

Я — отец Фёдора. С самой высокой долей вероятности.

Но Наталья… Не его мать. Стопроцентно.

Мир перед глазами кружится, голова трещит.

Неужели я допустил ну просто непростительную ошибку?

— Признавайся, дрянь! В какие игры ты решила со мной поиграть?! — влетаю в комнату Натальи, за горло хватаю, прижимая к стене. — Я тест сделал! Ты Фёдору не мать! Ты сейчас мне всё расскажешь, поняла? Или я сломаю тебе шею.

Чуть сжал тонкую кожу, она без пререканий закивала головой, захрипев:

— Всё скажу, всё! Это Илона. Это она всё придумала…

Рыдая и дрожа от страха, девушка рассказала мне всё, что знала.

От этой правды мне хотелось творить страшные вещи.

Но самое главное, что я нашёл ответы на вопросы, которые мучили меня по сей день.

Отпустив Наташу, я спустился вниз.

Как раз в этот момент в холле увидел улыбающуюся мать, с кучей пакетов в руках.

— Артурик! Смотри какую красоту я Наташеньке купила! Кружевные сорочки, чулочки, бельё…

Я не сказал ни слова.

Два шага. Оказался рядом. Схватив за шею, сжал до хрипоты.