— Как она? — первой вошла в квартиру Лена. Не разуваясь, побежала в спальню.

— Она вся горит, — объяснил другу, а он протянул мне большой полный пакет из аптеки.

— Лена говорит, что Катя температурила еще вчера вечером, — разуваясь, он направился в спальню. — Предупредил бы, — понизил он голос, увидев возле кухни раскладушку, на которой спала Лиза.

— Лена в кухню, поставь чайник и жди нас. Если понадобишься, позову, — достав из пакета фонендоскоп, уверено произнес Ворон. — Подними ей верхнюю одежду, — обратился уже ко мне.

— Выйди, пожалуйста, — вцепившись в футболку, едва слышно произнесла Фиалка, вставая с постели.

— Я обещаю не смотреть. — но она меня будто не услышала, покачнувшись, стала клониться обратно к кровати. Придерживая ее сзади за плечи, поднял футболку.

Холодное касание инструмента к грудной клетке заставило ее вздрогнуть и прикрыть ладошками небольшую грудь. Обещание я свое не сдержал, мне пришлось стянуть футболку с Фиалки и придержать ей руки, чтобы она не мешала Игнату.

— Легкие чистые, — с трудом прослушав ее дыхание, произнес Ворон.

 — Жар надо сбить, но сначала померим температуру, — достав градусник, он протер его спиртовым раствором и протянул его мне. — Это лекарство для Лизы, подаете для профилактики.

— Прекратите меня мучить, — просипела больная, когда я ей поставил подмышку градусник.

— Лена, — позвал негромко Ворон девушку с кухни. — Посвети фонариком, я Кате горло посмотрю.

Но Фиалка категорически не хотела лечиться, отказывалась открыть рот.

— Я никогда не болею, — уверяла она охрипшим голосом, периодически покашливая."

"— Если ты сейчас не откроешь рот и не высунешь язык, они до утра будут кричать «горько», я буду целовать самую здоровую невесту на свете.

 — пригрозил я. Теперь мы все знали, как можно заставить мою супругу слушаться.

— Горло воспалено, — произнес Игнат, выбрасывая в пакет использованный медицинский шпатель. Достав градусник, он посмотрел на шкалу и произнес пугающие меня слова: — Почти сорок, сделаем укол, температура спадет.

— Нет! — подскочив на кровати, Катя тут же упала на меня. — Никаких уколов! — чуть не плача, прошептала она.

— Уверена, тут поцелуями не напугать, — пожала плечами Ленка и ушла в кухню. — Вы ей рот держите, а то она Лизу разбудит, — вернувшись, предупредила она нас.

Ворон пропустил ее слова мимо ушей, с каменным выражением лица принялся набирать из ампул лекарство в шприц.

— Хищник, ты же сильный? Ты не дашь ему меня в обиду? — заплакала Фиалка, а мне захотелось сбежать.

Только не слезы! Укол мы сделаем в любом случае, это для ее блага, но мне было тяжело на нее смотреть.