Сказать мне «тю, дура-баба» он не мог, а ему явно хотелось.

— Нельзя? — До какой-то мысли он дошел. Глуп или притворяется?

— Сам как думаешь?

Егор опять погрузился в раздумья.

— Я-то что, но коли вам не нравится, барышня?"

"— Если я еще раз, — отчетливо проговорила я, — замечу на Степаниде синяки. Если мне Кузьма или староста, или Анна скажут, если хоть последняя елка донесет. А мне донесут, не сомневайся. Если ты еще раз ударишь свою жену — я не просто отдам тебя в солдаты. Я прикажу высечь тебя так, что ты в солдаты пойдешь, если после этого выживешь.

Ты меня понял?

Егор кивнул.

— Хорошо. Ступай.

Егор поклонился. Лицо у него было недовольным: но, как вариант, он ждал награду, а не вышло. Красивый парень, впрочем, они все красивые — физический труд, отсутствие вредных привычек, здоровье, потому что кто был не здоров — помер еще во младенчестве.

— Бить, барышня, Степку совсем нельзя?

Если я сейчас выдам ему тираду, одну из тех, какие я периодически слышала от нашего звукорежиссера, до него что-то дойдет?..

Я сдержалась. Хотя все слова и их поразительно хлесткие комбинации помнила превосходно.

Егор ушел пусть с психикой чуть подраненной, но все же в своем уме.

В Сосновку мы выехали ближе к полудню. То ли мне кто успел сказать, то ли я сама себе напридумывала по аналогии с прочитанной классикой, что барин встает только к вечеру, но задержка была не по причине моего нежелания нарушать чужие границы, а потому, что я ходила смотреть место для будущего дома.

Настроение у меня было легким, хотя последние дни с момента, как я оказалась здесь, давили унынием и безысходностью. Я прохаживалась по пригорку, грелась на солнышке, рассматривала мелкие яркие цветочки у себя под ногами, вполуха слушала бубнеж Луки и думала, что у моей беспечности есть свое объяснение, и это вовсе не разоблачение Авдотьи или то, что я надела наконец Око на шею.

Медальон, это самый обычный медальон, только тяжелый для золота.

Вернувшись поспешно домой, я убедилась, что — да, пора срочно принимать известные меры. Я была лишена Авдотьи — обеспечить меня необходимым сию же секунду была немедленно призвана Анна. Степанида все еще была в сильной немочи, но мне пришлось занять ее шитьем очень нужных мне принадлежностей, и на объяснение, что это, для чего, как шить и что должно получиться в итоге, я потратила не менее получаса.

Степанида кивала, смотрела на меня исподлобья и, скорее всего, гадала, где барышня набралась таких вольнодумных идей. Я же рассчитывала, что у нее не совсем кривые руки.

Пока ехали в Сосновку, я вспомнила, что память меня не подвела и Федот в самом деле упоминал страсть барина поспать подольше. Поворачивать назад я не стала.