Граф вам, выходит, ничего еще не платил?

Я понимала, что с кем, а с ней играть в подобные игры опасно, но выхода у меня не было, так что я вздохнула — ровно в той степени, которая должна была свидетельствовать о моей досаде, и печально подперла голову рукой.

— Нет, сестра. — И прибавила, потому что похвастаться заработками я прежде успела: — Надеюсь, вас не затруднит помочь мне рассчитать подати…"

"— Конечно, не затруднит, — пробормотала сестра Феврония, тем более что именно расчет податей и был причиной того, что мы так уютно сидели в маленьком, пахнущим благовониями и пылью кабинетике.

— Сейчас рассчитаю… А как же вы, Елизавета Григорьевна, имение перезаложили?

Я опешила. Во взгляде сестры было искреннее удивление, я не понимала, что не так. И вопрос ее был с одной стороны неожиданный, а с другой — закономерный. Я сглотнула, надеясь, что незаметно, и стиснула руки на коленях.

— У меня препятствий к тому не было? — беспомощно пискнула я. Допустим, и сестра Феврония в курсе, что барышня Нелидова не смыслит в подобных делах. — Разве не могу…

Сестра замахала руками и только что не раскидала бумаги по всей комнатке.

У меня было письмо о закладе. Было, тогда что же не так? У меня имелась договоренность. Сестра Феврония опомнилась, аккуратно сложила листочки стопочкой и не спешила мне отвечать — я сочла это плохим знаком.

— По условиям договора, — наконец вымолвила она, недовольно кривя губы, — подати с арендной платы вы должны были уплатить, разве что платить вам их не с чего, но — вот, взгляните, — она быстро перебрала листки и ткнула пальцем в пункт договора, который я вверх ногами разобрать, да еще рукописный, не смогла.

— Банк — ни один — без уплаты податей заклад не подпишет.

Я сидела как прибитая пыльным мешком и вспоминала свой разговор с графом. Что я ему наговорила? У меня появился поверенный. Я передала этому мифическому поверенному документы…

— Елизавета Григорьевна, — позвала меня как с другого конца Вселенной сестра Феврония, и я с трудом сфокусировала на ней взгляд. — Не то чтобы сие вам вменят по Указу о наказаниях… — Только этого мне еще не хватало. — Как появляются средства, первое, что вы должны, уплатить все казенные подати.

И какой был у бедного графа вид — пожалуй, скажи ему кто, что он разорен, проигрался в пух и прах, и то он сумел бы хоть как сохранить лицо… О чем я думаю, какой, к черту, граф, когда Елизавета Нелидова легкой рукой спустила деньги на тряпочки и теперь ей грозит — что?.

.

— Я… могу как-то это исправить? — проблеяла я, голос мой дрожал, губы прыгали. Объяснимая реакция, потому что последствия очень скверные. — Заплатить?..

— Так заплатите, — сестра Феврония ободряюще улыбнулась. — До казенного платежа сроку полно.