Я уже поняла, кто вбежал в горящий дом — кто еще заставит Степаниду кинуться на верную смерть, — не знала только зачем, и я стояла чересчур далеко, чтобы предпринять что-то, но все же — как я недооценивала крестьян. Степаниде, путающейся в рубахе, оставались какие-то пара метров до гибели, и прямо под ноги ей прилетело что-то тяжелое, сбив наземь. Степанида грохнулась, растянувшись возле крыльца, отлетевшая с крыши головешка упала ей на рубаху, пустив прыткое пламя. Федот и Кузьма подбежали к ней, потащили прочь за ноги, одновременно сбивая огонь, и Степанида привычно выла. Не от страха, не от боли, похоже, отсутствие в этом мире и времени такой науки, как психиатрия, сказывалось на каждом втором…

Анна выдернула Степаниду из рук мужиков, встряхнула за шиворот и принялась методично навешивать оплеухи.

Лука воздействовал преимущественно добрым словом; Анна не отставала от мужа, предпочитая пряник в роли кнута.

— Сгинул Егор, — громко сказал Кузьма, и я посмотрела на дом. Он горел полностью — от стен до крыши, его вряд ли можно было потушить даже самыми современными средствами моего родного прогрессивного времени. Одно за другим лопались стекла, выпуская из провалов окон черный дым, приток воздуха лишь раздувал пламя.

Какого черта Егор туда побежал? Я утерла пот, увидела, что рука стала черной. На нас садилась сажа, Анна, заметив это, начала орать на людей, чтобы они тащили вещи еще дальше. Я же стояла, не двигаясь с места. Егор прибежал вместе со всеми? Я не видела его, но это совсем ничего не значило. Стоял, прятался, чего-то ждал. Почему же он ждал до последнего?..

— Кузьма! — крикнула я. — За мной!

Проклятая юбка! Я прикажу пошить себе брюки, и пусть говорят что угодно, предают анафеме и волокут на костер.

Я, подобрав порванную рубаху, которая к тому же существенно и неприлично оголяла мое тело, неслась вокруг дома, а рядом, не отставая, пыхтел Кузьма.

Я чуть не споткнулась — Кузьма меня подхватил. Я услышала еще чей-то голос — Федот. То ли ему стало бесконечно интересно, куда меня понесло, то ли Анна его властной рукой отправила на подмогу. Я завернула за угол, успев бросить взгляд на окно своей спальни, и тут же вернулась обратно.

— Бей окно, Кузьма! Федот! Бей окно!

Глупо, но, может, и нет. Моя спальня, пока еще целая.

Егор должен быть там — я поняла, что он ищет. И если еще не нашел, не бросится наутек. Не сейчас.

— Хватайте Егора! Не вещи! Ну же!"

"Я восхищалась своими людьми. Возможно, не только мои крестьяне были смелы и смекалисты, но других я не знала. Не обсуждая, будто уже тысячи раз было все отработано, Федот вскарабкался на плечи подбежавшего к окну Кузьмы и локтем выбил стекло. Конечно, я ничего не видела. Конечно, даже если бы я попыталась влезть в окно за Федотом следом, я только бы свалилась — куда мне.