Загадочная девчонка, которая появилась в моей жизни совершенно не вовремя.

""Вот же бред. Мне бы сейчас сидеть с Медведем в бане, а разгребать чужие траблы. Зачем я вообще это делаю?"" — внутренний голос раздраженно напоминает о более логичных вариантах. Ближайшее отделение полиции было всего в двадцати километрах назад. И что? Сдал бы туда беглянку, а она через пару часов вышла бы на улицу. Ее бы точно нашли, кто бы за ней ни охотился. Я же не просто так поверил в её страх.

Но стоило мне снова взглянуть на нее, как мысли сбились. Дарья выглядела потерянной, но не сломленной. В ее глазах плескалось что-то большее, чем просто страх — напряжение, обида, решимость. Эта смесь не давала мне принять простое решение. Слишком необычно и загадочно.

Я сворачиваю с трассы на второстепенную дорогу, а потом и на проселочную. До железной дороги недалеко. Там тупик, давно уже никто не ездит, а Медведь иногда использует рельсы по своему назначению.

Этот парень не раз вытаскивал друзей из передряг, в которых никто не знал, что делать. Всегда спокойный, рассудительный, он та скалой, на которую можно опереться, даже если весь мир рушится. Но вряд ли он может помочь мне с Дарьей. Где-то внутри крепко засело ощущение, что это моя проблема. Моё решение. Если я ошибусь, отвечать придется тоже только мне. Но лучшего все равно пока ничего не придумать.

Балу встречает нас на крыльце. Огромный, бородатый, в спортивных штанах и майке, он выглядит, как медведь, которого разбудили посреди зимней спячки.

— Ты что, не один? — удивленный взгляд останавливается на девушке за моей спиной.

— Не спрашивай, — отмахиваюсь я. — Потом объясню.

Медведь не спорит, он вообще не многословен. Внимательно осматривает Дарью с головы до ног, но вопросов не задает. Лишь качает головой и усмехается:

— Ладно, заходите. Потом расскажешь.

Отступает на пару шагов, пропуская нас в дом. Тепло дома обволакивает нас, как мягкое одеяло. Дарья почти теряется в огромной прихожей. Я помогаю ей снять шубу и указываю направление.

— Ну что, сначала выпьем? Или сразу в баню? — хмыкает Балу.

— Выпьем, — отвечаю, снимая пальто. Это однозначно. Мне просто жизненно необходим допинг.

— Её тоже? — шепчет друг и кивает на Дарью, которая стоит у стены, словно боится сделать лишний шаг.

— Её тоже, — коротко отвечаю я. Девочке тоже не мешает расслабиться, а то до сих пор бледная.

Моем руки и присаживаемся за стол. Дарья не произносит ни звука.

— Так и будешь молчать? — не выдерживаю я.

Она медленно переводит на меня взгляд. Её глаза спокойные, даже слишком спокойные для человека, который пережил что-то страшное. Это раздражает.

— Что я должна говорить? — отвечает она наконец. Ее голос звучит тихо, но ровно, как будто она все для себя уже решила.

Я сжимаю зубы, но никак не комментирую.