Мелкая дрожь прошлась по телу и на глаза легла пелена, уродуя окружающие очертания и мгновенно срывая с моих глаз розовые очки. Этот мир чертовски несправедлив и, если ты пытаешься закрыться в собственной вселенной, чтобы оградить себя от окружающей тебя агрессии, рано или поздно, поплатишься за это. Совсем тихо, практически невесомо, перебирая в темноте своими уродливыми лапами, за тобой придет монстр. Сантиметр за сантиметром, он не спеша приблизится к тебе, после чего, медленно откроет свою зловонную пасть, опаляя обоняние запахом гнильцы, и сомкнет ее на твоей шее.

Отчаяние, паника, боль. Кричи, бейся в агонии, моли о пощаде. Монстр будет наслаждаться всем спектром эмоций, заигравших на твоем лице мрачными красками. Он хочет твоих страданий, ведь ты слабая жертва и тобою можно поживиться.

Именно таким я видела своего монстра и таковой представляла себя в ту злосчастную ночь. Я считала себя девушкой с упертым характером, но, в итоге, оказалась беспомощной жертвой. Все эти годы я даже не подозревала о розовых очках, плотно сидящих на переносице и делающих этот мир краше, чем он есть на самом деле. У того, кто меня изнасиловал, просто не могло быть причин это сделать, или же я их просто не видела, но сама ситуация произошла лишь потому, что я была слабой. Кто бы это не сделал, Реми, Этьен или Арне, он знал, что я ничего не смогу противопоставить влиятельному и богатенькому парню, решившему изуродовать мою душу. Но это не так. Я отомщу.

Мне не страшно. Весь страх поглотили злость и жажда мести.

Реми, Этьен, Арне и Женевьева все еще вели разгоряченную беседу, суть которой я уловить не могла, ведь целиком и полностью пребывала своих мыслях. Как бы противно мне не было, я старалась вспомнить все, что произошло той ночью. Прикосновение на своей коже, жадные поцелуи, шумное дыхание и вес чужого тела вдавливающего меня в диван. Меня передергивало от омерзения, но вытаскивая из своей памяти все эти тонкие ниточки, я пыталась понять, кто из парней больше всего подходил под описание. К сожалению, у меня ничего не получалось. Воспоминания были размытыми, словно краска с кистей, опущенных в стакан с водой. Чертов наркотик, подмешанный в алкоголь."

"Мне хотелось уйти из клуба и поехать домой. Злость, бушующая во мне смертоносным ураганом, поглощала весь здравый смысл и я боялась, что сорвусь, сделав то, чего пока что делать не стоило. Если этот монстр скрывается, я тоже должна вести себя тихо, ведь месть — блюдо, которое нужно подавать холодным. Именно поэтому я осталась в клубе и до последнего сидела на кресле, стараясь вести себя непринужденно. К счастью, через пару часов, Женевьева засобиралась домой, аргументируя это тем, что ей рано утром нужно быть в театре.