Зачем ему, вместе со мной, тонуть в грязи и наполнять рассудок негативом? В последнее время я сделала слишком много ошибок и, больше всего, сейчас хотела прервать этот порочный круг неприятностей. Лучше страдать в одиночестве.

Естественно, я не стала дожидаться Реми. Выйдя за дверь, я спустилась на первый этаж, после чего быстро выбежала на улицу, надеясь, что парень меня не заметит.

Si loin de ton ciel,

Si loin de mon appel.

Entends-tu mon coeur?

Entends-tu ma ferveur?

(Emilie Simon «Chanson De Toile»)

Картина седьмая… (Désespoir)

Desespoir

Я оказалась в тупике. Нет пути вперед, но и дорога назад оборвана. Мосты сгорели и обжигающие языки пламени, постепенно, угрожающе сверкая, подбирались ко мне. Смотря на свой личный апокалипсис, я наблюдала за тем, как мой мир превращался в Ад, в котором, главным демоном являлся никто иной, как Арне. Истинный злобный монстр."

"Не желая возвращаться домой, я долго блуждала по улицам. В кармане штанов, кроме телефона, было лишь смятых пять евро, неизвестно как попавших туда. Этого хватило на чашку кофе и черствый круасан. Сидя в уже опустевшей кофейне, я, немигающим взглядом смотрела в окно, не замечая ярких ночных фонарей, веселых людей, идущих по тротуару и машин в быстром потоке проезжающих по дороге.

Я бы еще долго там сидела, закрываясь в своем внутреннем, сгоревшем дотла, мире, но ближе к одиннадцати, ко мне подошла официантка и сказала, что они вскоре закрываются. Безразлично кивнув, я вышла из кафе и опять побрела по улице. У меня не было другого выбора, кроме как пойти к Гросье. Денег на дорогу, чтобы поехать еще куда-нибудь не было, а мой агент жила в пяти кварталах от места, где я находилась.

К ней я явилась в полночь и, открыв дверь, Гросье оглядела меня ошарашенным взглядом. Женщина была сонная и одетая в смятый спальный костюм, но, не теряя времени на расспросы, она впустила меня к себе и постелила на диване. Пока я купалась, она приготовила мне свою одежду, от которой пахло свежим запахом ополаскивателя. В ней я практически утонула и рубашка висела на мне словно мешок, но, естественно, мой внешний вид волновал меня меньше всего.

В ту ночь я так и не смогла заснуть. Ворочаясь на диване, я все думала об Арне, ощущая, как сердце вновь возникает в груди для того, что бы в очередной раз разорваться. Зажмуривая глаза, я плотно обнимала легкое одеяло, еле сдерживаясь, чтобы не заплакать.

Утром, встав с дивана с тяжелой головой, я почувствовала запах еды и мой живот жалобно заныл. Пройдя на кухню, я увидела Гросье крутившуюся около плиты и стол накрытый множеством вкусностей.

— Садись, я сейчас заварю тебе чая, — бодро сказала женщина. Я молча кивнула и села на старенький диванчик с уже потрепанной обивкой. Слишком много переживаний, накопились во мне, превращаясь в массивный шар, наполненный безнадежностью.