— Ты заставил меня ждать, проклятый интриган! — засмеялся высокий, плечистый мужчина с голым торсом, покрытым татуировками, гривой черных волос и ожерельем из звериных клыков. — Пойдем, дружище! Ты даже не представляешь, какое вкусное здесь вино! И мяса — хоть от пуза!

Тирисфаль, чуть ли не в припрыжку, побежал к дому на холме, а Морган, на мгновение задержавшись, посмотрел на рассвет.

Впервые за тысячи лет, это действительно был — новый рассвет.

Тот, что обещал принести с собой что-то иное, чем было прежде.

Морган улыбнулся.

Счастливо и беззаботно.

Он крепче обнял возлюбленных и пошел следом за другом.

Глава 1128

Глава 1128

— Дядя Хаджар, дядя Хаджар, — маленький Шакур прыгнул на руки к Хаджару, а тот поднял его высоко над головой и закрутил.

Поодаль, в беседке, отдыхала Дора, что-то обсуждая с Анетт.

Эйнен же весьма увлеченно строил для своего сына песчаный замок, на берегу пруда.

— Давай возьмем его в осаду, — предложил, прищурившись, Хаджар.

— Хммм, — по-детски пухлый мальчишка задумчиво приложил палец-сосиску к подбородку. — хорошая идея, дядя Хаджар! Почему ты такой умный?

— В детстве я ел много рыбы!

— Фууу, — скривился Шакур. — рыба! Ненавижу рыбу!

— Только не говори отцу.

— Почему?

— О, поверь мне, он в ней души не чает?

— Даже больше, чем в маме? — испуганно удивился мальчик.

Хаджа сделал вид, что задумался.

— Нет, твою маму, он, все же, любит больше… наверное, — в этот момент в беседке Дора недобро стрельнула глазами в спину Хаджару. — Просто он вырос на островах, а там сразу после Великой Черепахи идет богиня — Великая Сельдь.

— Да ладно?!

— Вот-вот. А знаешь какой у неё тотем?

— Какой?

— В виде бочки! Огромной такой, — Хаджар наглядно показал руками, насколько велика была это бочка. — а в ней куча каменной селедки.

— Каменной? Как же они её едят?

— Они её не едят, — наставительно возразил Хаджар. — а молятся ей.

— Молятся? Каменной селедке?!

Эйнен сломал в пальцах палочку, которая должна была стать штандартом на замке. Хаджар же внутренне ликовал. Кто же будет рушить идиллию дяди и мальчика, которые просто общаются. И не важно, что все в саду клана Кесалия были способны слышать их весьма свободно.

Адепты, все же.

— Да, твой отец, мой друг, возможно даже припрятал такую в замке.

Шакур повернулся к песчаному изваяние своего отца."

"— Идем на приступ, дядя! — потряс он кулачком. — Я обязательно должен попробовать каменную селедку!

— Ну, разумеется, — подыгрывая, сохраняя игриво-воинственный тон, согласился Хаджар. — Только давай лучше нападем из засады. Твой отец явно этого не ожидает.

Во “взгляде” закрытых глаз Эйнена уже читалось: “Ты покойник”, но что не сделаешь ради веселой игры.