Ну и начав оказывать первую помощь раненым. А среди помещиков таковых оказалось с десяток. Доспехи доспехами, выигрышная позиция выигрышной, но татары старались и умудрились их слегка помять. Убитые тоже были – двух стрельцов и одного помещика уложило. Янычары все-таки беспорядочно палили и сумели троих зацепить. А пуля из аркебузы в голову на такой дистанции шансов не оставляет."

"Оставалось только ждать и надеяться, что татары не найдут обходных путей поблизости. Во всяком случае – быстро.

– Дмитрий Иванович, – подошел Андрей к Вишневецкому. – Нужно твоих казачков отправить в дозоры.

– Понимаю. Сам хотел предложить.

– А чего не предложил?

– Вечереет уже, – кивнул он на солнце. – Думал, что ты по темноте решишь отходить. А они если и сунуться, то днем. Ночью бой в лесу да на засеках не их сильная сторона.

– Отходить? Полагаешь они также думают? – кивнул Андрей в сторону татар.

– А то как же? Обход так или иначе найдут. И завтра уже навалятся с двух сторон.

– Интересно… – расплылся в загадочной улыбке Андрей…

Глава 10

1555 год, 26–27 июня, на реке Гоголь, к северу-северо-востоку от разоренного острога

Где-то через час после завершения боя к броду подошли представители янычар. Всего несколько человек. Один из которых был богато одет и явно выделялся статусом.

Андрей нехотя вышел к ним навстречу. Вместе с князем Вишневецким и парочкой своих послужильцев, один из которых нес знамя сотника.

Встали они друг напротив друга на берегах брода.

Янычары некоторое время смотрели на красное знамя с белым оскаленным волком. Потом на серебренный доспех и опущенное антропоморфное забрало Андрея. Минуту может. После чего старший из них заговорил.

Дмитрий Вишневецкий, владея языком, переводил слова. Понятно, что формальный статус его был выше, чем у Андрея. Но сотник и не приказывал ему, лишь предлагая и взаимодействуя в формате сотрудничества. Посему он не побрезговал на правах союзника, перевести.

Янычары хотели банального – забрать трупы, дабы их можно было похоронить до заката солнца. В отличие от татар, среди которых большинство в те годы все еще являлось по факту язычниками при формально-публичном налете ислама[57], эти ребята действительно верили. Их ведь с самого детства воспитывали в формате фанатичного следования исламу.

Андрей замялся.

Секунд двадцать, может чуть больше, Андрей думал. Потом нажал на кнопку блокировки и открыл забрало. Являя гостям свое лицо. Обычное, кстати, достаточно молодое мужское лицо.

И произнес:

– Вы сможете забрать своих убитых и раненых. Но за это должны заплатить выкуп – все воинское снаряжение того, кого вы забираете. А если оно утонуло или испортилось, то заменить на годное.

Вишневецкий перевел.

– И коней? – уточнил янычар.

– Это будет несправедливо.