Почему именно от этого мальчишки такой ток?!

— Колечко… — ловлю кисть Любы. — Подарок?

— Пф… Нет. Сама себе купила. У меня состоятельных ухажёров нет. А твой что?

— Не вспоминаю всуе.

Стараюсь и правда не вспоминать.

— Появляется?

— Иногда… — вздыхаю.

— Ох… Не даст он тебе жизни. Пойдём купаться?

Расстегиваю ширинку. Приподняв бедра стягиваю по ним джинсы.

Эта поза навевает картинку, словно мужчина во мне, и я поднимаюсь навстречу ощущениям. Оглушающе явственным. Образ вспыхивает так ярко, что вс""e сжимается. И образ совершенно конкретный. На накачанной груди цепочка и медальон — лев.

Да что ж такое…

Озабоченная! — ругаю я себя.

Отпиваю прямо из горлышка ещё вина, и встаю.

— Ой, — хватаюсь за грудь. — Я купальный лиф забыла.

— В этом иди.

— Ну… Нет. Это «Виктория», на секундочку. После солёной воды — только выкинуть.

— Да иди без него, кто тебя увидит здесь? Пять шагов и темнота, хоть глаз коли.

Неправда, ночь светлая, луна огромная. Но берег с другой стороны далеко. Никто и правда не увидит.

Стянув верх и придерживая тяжёлую грудь, иду к воде. Прохладная…

Грудь до сих пор требовательно ноет. Ощущения такие, словно её сжали мужские руки и не отпускают. И я невменяемая…

И если не вдаваться в такие детали, например, что я никогда особенно не наслаждалась сексом, скорее терпела его, то можно подумать, что я, и правда, на нём помешана.

Это не так. Мне он безразличен. Был. Если исключить феномен Тарханова.

За что, Господи?

Почему именно он?

Ведь этого не будет никогда.

Но я тону, и не могу вынырнуть из ощущений его объятий.

Это просто физиология! Физиология и вс""e. Пытаюсь в сотый раз убедить себя.

Ага… А от Его взгляда у тебя колени подкашиваются. Телекинез, не иначе!

Просто у меня давно не было секса. Поэтому, вот… Я же живой человек.

В прошлом году секс у тебя был, а ты всё равно от этого нахального мальчишки млела.

И мне хочется возразить этому внутреннему голосу, что там не мальчик, а настоящий лев! И на татами он просто прекрасен. Откуда же я тогда знала, что мальчишке едва восемнадцать, когда любовалась им? Он выглядит как мужчина. И пахнет… И касается…

Так! Глупости это всё. Фантазии.

Тарханов — это несерьёзно. Он уже половину женского состава в прошлом году «опылил». Я в список его дешёвых побед не собираюсь! Девчонки между собой его ТРАхановым дразнят. И по его наглым подкатам, очевидно, неспроста.

— Не может он! — ворчу я возмущённо. — Мало ему ровесниц?..

Все они тут «не могут», тестостерон у всех шкалит.

Но эта брошенная реплика — «не могу» — что-то зацепила у меня в груди. И эта струна тихо болезненно вибрирует.

Зря я его по щеке…

А с другой стороны, если его не тормозить, он совсем края потеряет. И так проходу не даёт. Осталось только в стену впечатать и юбку задрать.