От таких, как они нужно держаться подальше…

— Спасибо за предложение, Марк Викторович, пожалуй, я вынужден отказаться, — спешит промолвить Тимур.

— Почему же? — сиплю я. — Я согласна на предложение Марка… Викторовича. До моего слуха случайно долетели ваши слова. — Здесь меня ничего не держит. И я… Я не дотягиваю до высокой планки, созданной руководством журнала. Тимур Александрович легко найдет мне замену. Некомпетентных специалистов пруд пруди.

— Ха! Я в тебя верил, Крис, — игриво протягивает Марк.

— Кристина, послушай, — сглатывает Тимур, а я, наконец, удовлетворяю свое любопытство — наблюдаю, как стремительно меняется его взгляд… Улетучивается уверенность, бледнеют и сжимаются в тонкую линию губы…

— Я же на испытательном сроке, так? — спрашиваю холодно, встречаясь с ним взглядом.

— Марк Викторович, будьте любезны, покиньте мой кабинет, — цедит сквозь зубы Тимур.

— Ну уж нет, — фыркает Марк, вальяжно рассевшись в кресле. — Сейчас решается судьба питерского филиала Style. Крис, сколько он тебе платит? Я удвою оклад. Отрабатывай положенные две недели и прилетай ко мне.

— Она подумает! А сейчас вали, Марк, — рычит Тимур.

— Пойду, пожалуй. Пока, Кристина Андреевна, у тебя потрясающее имя. Интересно, как тебя зовет твой начальник?

Куклой он меня зовет… Или Диной. Откуда в Марке столько проницательности? Волна обиды накрывает меня с головой. Кажется, я даже в лице меняюсь… Нервно сглатываю, мечтая поскорее оказаться дома. Не нужны они мне, избалованные мажоры… И работа в Питере не нужна.

Марк неторопливо выходит. Подмигивает мне на прощание и салютует Тиму.

— Кристина… Андреевна, — начинает Тим. — Держи деньги.

Ах, деньги… На мгновение я забыла о папе и проклятых деньгах на операцию. Куда я сейчас уеду? Но позднее-то могу? Никто мне не запретит…

— Кристина Андреевна? А почему не кукла Дина? — вздыхаю тоскливо.

— Кукла Дина ты в моей постели, — шепчет Тимур, вкладывая в мои дрожащие ладони пачки в банковской упаковке. — Не слушай этого мудака. Он ко многим цепляется. Обещает золотые горы, а потом так же легко забывает о своих обещаниях.

— Но я ведь могу попробовать?

— Попробовать что? — сухо уточняет Тимур.

— Воспользоваться возможностью. Я не такой уж важный специалист, чтобы меня удерживать… Не думаю, что кому-то придет в голову препятствовать мне.

В глазах Тимура поселяется странная тревога. Он долго на меня смотрит. Сжимает плечи, поглаживает их, опаляет горячим, порывистым дыханием шею, пробуждая уснувший до поры жар… Почему я так на него реагирую? Черт…

— Никому не придет, ты права, — безэмоционально произносит он.