Потом я откусываю большой кусок, и по моему подбородку течёт сок, прямо как настоящий. Вот только… вкуса нет. Я глотаю – по-прежнему безвкусно. Тогда я бросаю фрукт в том же направлении, что и попрыгунчик – посмотреть, что будет.

Назад он не отскакивает. Конечно, не отскакивает. Это не настоящий персик. Он плывёт по воздуху, как и следовало бы ожидать, не ударяясь о стену павильона.

Персик приземляется на клочке земли под деревом и лопается. Тогда-то я и слышу голос Нормана Два-ребёнка за спиной:

– Эй, ты! Ты что такое делаэшь, а?

– Про… простите! Я, эм…

Окружавшая его небольшая толпа раздвинулась. Кое-кто ухмыльнулся, глядя на «невоспитанного ребёнка, который ворует фрукты». У Нормана же лицо потемневшее и разъярённое.

– Ты платить собираэшься или как? – спрашивает он, надвигаясь на меня. – А? Думаэшь, можэшь приходить в мой магазин и кидаться товаром, а?

Я пячусь назад, подальше от него.

– Проклятые дэти! – Он поворачивается к собравшимся. – Видите, каково мне, а? Никакого уважения!

– Простите, я просто…

Я продолжаю пятиться, а потом поворачиваюсь, чтобы бежать – и негромко вскрикиваю. На расстоянии двух метров, но спиной ко мне, стоит гигантский скорпион – тот самый, которого я видела в симуляции пляжа в свой первый день в Куполе.

Вот только на этот раз он гораздо более убедительный. И гораздо более грозный.

Когда я взвизгиваю, он поворачивается, цокая восемью ногами по тротуару, а потом делает пару шажков назад, выгибая хвост дугой, будто готовится напасть.

За моей спиной раздаётся:

– О, Господи. Это что ещё за чертовщина?

На мгновение меня парализует от страха. Я пытаюсь убедить себя, что это не по-настоящему, но когда скорпион надвигается на меня, моей первой реакцией становится схватить ящик с апельсинами и со всей силы швырнуть его в тварь. И промазать.

– Ах ты малэнькая хулиганка! – кричит Норман и хватает меня за капюшон куртки. – Я знаю, в какую школу ты ходишь, и…

Я пытаюсь вырваться, но он крепко держит меня обеими руками. Другие люди явно не спешат мне на подмогу.

– Смотрите! – говорю я, тыча в скорпиона – ему не понравилось, что ему угрожают ящиком апельсинов, и теперь он зловеще размахивает клешнями, переминаясь с ноги на ногу. – Скорпион!

Один из людей – тип с камерой – говорит:

– Вау! Как реалистично! Смотри, Анна – он, наверное, на дистанционном управлении!

Норман говорит мне:

– Ты сумасшэдшая или что? Ты чего такое делаэшь? Ты только что бросить мои апэльсины на землю! Ты их соберёшь и оплатишь весь ущерб, ты, малэнькая…

Я не жду, что он скажет дальше, потому что скорпион бросается на меня с подрагивающим жалом наперевес, и я визжу, когда он приближается.