Сможете их отвлечь?

– Они могут нас ранить? – спрашивает Другая Я.

– Не знаю, но меня точно могут. Помнишь, как Бастер ужалил меня возле магазина? Теперь они стали умнее и начали клонироваться.

Скорпионы приближаются. Другая Я поворачивается к Джессике.

– Мам, если тебе когда-нибудь и нужно мне поверить – то прямо сейчас. Делай как говорит Джорджи. Пришло время мне быть такой же смелой, как она. – Она поворачивается к скорпионам. – Эй, вы!. Чёрные придурки-переростки! Ловите меня!

И с этими словами она начинает идти на них. Я пытаюсь возразить, сказать «Джорджи, стой!», но слова застревают у меня в горле. Потому что это срабатывает. Скорпионы останавливаются и медленно поворачиваются, отвлекаясь на Другую Меня.

– Что она делает? – взвизгивает Джессика.

– У нас восемь минут. Идём со мной сейчас же! – Я хватаю Джессику за запястье и тащу её за угол ко входу, шипя: – Нам надо просто пошевеливаться!

Когда мы огибаем угол, скучающий солдат, оставшийся в одиночестве, смотрит на Джессику и кивает, узнавая. Она проходит мимо него и торопится по мраморному полу в лабораторию. Мне солдат говорит:

– Удостоверение. Эй! Нельзя приводить сюда собаку – это медучреждение!

Но я никак не реагирую.

– Это не моя собака, простите, – говорю я, а мистер Мэш семенит мимо него прямо в здание, останавливаясь обнюхать статую Эдварда Дженнера, а потом сворачивая в длинный коридор, ведущий в лабораторию.

Солдат преградил мне путь.

– Я должен увидеть ваш пропуск, – говорит он. Солдат сделался агрессивнее, но он всего на пару лет старше Клема. Это осознание придаёт мне храбрости.

– Простите, я его в лаборатории забыла, – говорю я.

– Мне без разницы. Никто не имеет права входить без официального удостоверения.

Через его плечо я вижу, что к нам приближается человек – походка у него крива как никогда.

– Джексон! – кричу я. Он улыбается и приветственно поднимает руку, не подозревая о чрезвычайности ситуации.

– Ты должен мне помочь, – говорю я ему. – Я… я свой пропуск потеряла.

Джексон поравнялся с нами и улыбается, словно извиняясь.

– Что ж, будь моя воля, мисс Сантос, я бы вас пропустил. Но вы же знаете, как всё нынче устроено. – Он тычет большим пальцем в молодого солдата. Потом озадаченно смотрит на меня. – Что-то не так, Джорджи?

– Да, Джексон! – я практически кричу. – Всё не так, и я пытаюсь всё исправить, но у меня есть всего пара минут. – Я вспоминаю, что Другая Я недавно сказала Джессике. «Маме». – Если тебе когда-нибудь и нужно мне поверить – то прямо сейчас, ради моей мамы, я клянусь, Джексон, ты должен…

Думаю, упоминание мамы решает всё. Джексон поднимает ладонь, будто приносит клятву.

– Я ручаюсь за неё, рядовой. Это Джорджина Сантос.

Солдат кривит губы и ухмыляется.

– Слушай, старикан.