Он откладывает гаечный ключ и прислоняется к верстаку, качая головой.

– Но ничего хорошего из этого не вышло, не так ли, Джорджи? Все остальные собаки из Сент-Вуфа теперь спят в собачьем раю, а бедный мистер Мэш блюёт, писается и какается не сходя с места, а нам приходится наблюдать за этим. Это жестоко, Джорджи.

Я ничего не могу ответить. Конечно, он прав. Я знаю, что должна сделать. Мы молча стоим, а по радио передают новости."

"– …эксперты заявляют, что о лекарстве от смертоносного собачьего мора, бушующего по всему миру, в настоящее время остаётся лишь мечтать, и опасения, что любое открытие состоится слишком поздно и не успеет спасти миллионы домашних любимцев, всё возрастают.

Тем временем были подтверждены новые случаи смерти людей от заболевания…

Я не могу сдержаться. В меня словно вселилась какая-то другая Джорджи – я хватаю приёмничек с верстака и швыряю на землю.

– Хватит! Хватит! Хватит! – визжу я и наступаю на радио резиновым сапогом. Клему хватает ума не вмешиваться. Он просто отворачивается, возвращаясь к автодому, а я выбегаю из мастерской, несусь по полю к амбару и врываюсь в место заточения мистера Мэша.

Он лежит на полу и слабо виляет хвостом, когда я подбегаю к нему, забыв про осторожность и все правила, обнимаю, зарываюсь носом ему в уши, отчаянно пытаясь учуять его неповторимый собачий запах, но ощущая лишь антисептик, и повторяю раз за разом:

– Мне так жаль, мне так жаль.

Не знаю, сколько я так сижу. Наконец я отодвигаюсь, опираюсь спиной о деревянную стену амбара и достаю телефон. Я с трудом сглатываю и пролистываю контакты до «ПРЕП. МОРИС КЛЕГХОРН».

Я мысленно репетирую, что скажу викарию.

«Простите, викарий…»

«Я знаю, что вы уже знаете, что это были мы с Рамзи той ночью…»

«Мне нужно, чтобы к нам в амбар пришла ветеринар…»

«Ей надо…»

Я просто не могу сказать это, даже мысленно.

Мой палец завис над именем викария. Может, если я просто нажму на него и начну разговор, всё выйдет как-нибудь само?

Я прислоняюсь головой к деревянной стене, чтобы всё обдумать. В последнее время я так плохо сплю, что чувствую, как веки закрываются сами по себе.

Когда немного позже я просыпаюсь, всё так же прислоняясь к стене, тени в амбаре сделались длиннее, а шея у меня затекла от неудобной позы.

Меня разбудил телефон. Он вибрирует на пыльном полу.

Иду повидаться с м-ром М.

Я начинаю печатать ответ, но не успеваю я его закончить, как слышу, что деревянная дверь с треском открывается, и вот Рамзи уже присаживается рядом со мной на корточки.

– Привет. Выглядишь ужасно.

– Спасибо, Рамз. Очень мило.

– Даже Мэшик выглядит лучше, чем ты.

– Эй, это уже перебор.

Я смотрю на мистера Мэша – он впервые за много дней сидит.

Я медленно поднимаюсь на ноги.