Он подчеркнул, что уже дал показания полиции, и дал понять, что больше не желает, чтобы его беспокоили. Но Тримбл проявил настойчивость:

— Если возможно, мне хотелось бы получить вашу помощь еще в одном моменте. Знаете ли вы, кто последним видел или разговаривал с мисс Карлесс до того, как она была убита?

— Пожалуй, я, — небрежно ответил Эванс.

— Но, сэр! — запротестовал Тримбл, — согласно вашим предыдущим показаниям, вы видели ее в последний раз, когда она вошла в свою уборную в обществе своего мужа.

— Может быть. Но после этого я разговаривал с ней, и она мне отвечала.

— Когда?

— Когда я направлялся к дирижерскому пульту, чтобы начать концерт.

— Значит, вы утверждаете, сэр, что разговаривали с ней через дверь ее артистической?

— Да. Как вам известно, уборные артистов выходят в коридор за сценой. Так же, как и дверь репетиционной, которую занимал я. Когда я направлялся по коридору на сцену, я слегка приоткрыл дверь в ее комнату и спросил: «Вы хорошо себя чувствуете, Люси?» Она ответила: «Да, спасибо, что вы беспокоитесь!» или что-то в этом роде. Тогда я закрыл дверь и пошел дальше.

— И вы не сомневаетесь, что слышали именно ее голос?

— Нисколько! — уверенно ответил Эванс.

— Вы не говорили мне об этом прежде! — с упреком произнес Тримбл.

— Верно, — признал Эванс. — Но с другой стороны, кажется, вы меня об этом не спрашивали.

— Может, не в такой форме, — возразил инспектор, — но вы же должны были понимать, как это важно!

Эванс медленно покачал своей массивной головой:"

"— Слава богу, я не тот, кого обычно называют практическим, деловым человеком. И не пытаюсь понять деловых людей. Их оценки представляются мне ошибочными. Они придают слишком много значения тем вещам, которые, на мой взгляд, совершенно ничего не значат, в то же время совершенно игнорируют то, что, с моей точки зрения, является основополагающим. И проблема, с которой я сталкиваюсь, имея дело с практическими людьми, заключается в том, что положительно невозможно заранее угадать, что они сочтут важным, а что — нет. Вследствие этого я уже давно изобрел систему и с тех пор неукоснительно ее придерживаюсь: воспринимать все, что говорится или предлагается практическими людьми, строго по внешней форме, ни больше и ни меньше. Это единственно логичный подход, потому что все практические люди характеризуются тем, что никогда не вдумываются в суть вещей. Когда вы допрашивали меня в прошлый раз, вы спросили, когда я видел Люси Карлесс в последний раз. Я дал вам совершенно точный ответ. На этот раз вы пожелали узнать, кто разговаривал с ней последним. И на этот вопрос я ответил вам искренне, как только мог. Если вы придумаете еще какой-либо вопрос, я сделаю то же самое.