И пока он сознавал этот многозначительный факт, голос в трубке с упреком произнес:

— Ты ничего не хочешь сказать, чтобы успокоить свою маленькую бедную Вайолет?

— Мы должны быть крайне осторожны, вот и все, — твердо сказал Вентри. Мысль о том, что он может быть пойманным на адюльтере Джонни Кларксоном, вызвала у него неприятное подташнивание. — Думаю, нам нужно затихнуть какое-то время не видеться и все такое.

— Билли-бой, ты хочешь меня бросить!

— Чепуха! Ви, но ты должна понять…

Прошло еще минут пять, прежде чем он смог положить трубку. Наверху послышались шаркающие шаги, означающие — он знал это, — что его кухарка нарочито и мстительно не спит. Он отправился в постель, от всего сердца проклиная всех женщин. Но в процессе раздевания вспомнил о двух-трех обворожительных исключениях из этого ненавистного племени."

"Во Дворце танцев Маркгемптона в это время атмосфера лишь начинала раскаляться. Селект-данс, танец, придуманный имперским антикварным обществом «Бизоны», только входил в моду, и джаз-банд «Сильвер свинг» под руководством талантливого и популярного дирижера Сида Смитера делал все возможное для его популяризации. Грохот в зале стоял невероятный. Кларнетист, чьи пальцы автоматически порхали то вниз, то вверх по инструменту, не отрывал взгляда больших печальных глаз от рук дирижера и тщетно пытался отмежеваться от страшного шума, который сам производил. Почему, в сотый раз за вечер думал он, почему он должен таким образом продавать свой инструмент? Саксофон понятно, пикколо — пожалуй. Но почему (оркестр принялся снова наигрывать этот назойливый рефрен «Жизнь и любовь к тису»), почему кларнет?!

В первый же перерыв он спустился с помоста, где сидели музыканты, и пробрался в конец холла к телефону. Было уже поздно, но он знал, что миссис Роберте извинит его, а он не мог ждать до утра.

— Миссис Роберте? Это Тадеуш Збарторовски. Простите, что я звоню так поздно, но я должен узнать. Вам удалось договориться, чтобы я играл в вашем оркестре?.. Понятно. Огромное вам спасибо, миссис Роберте. А когда я увижусь с этим мистером Диксоном?.. Боже, тогда все устроится, он будет мной доволен. И что мы играем?.. Ах, вы забыли! Жаль, но, может, мистер Диксон знает… Кто, вы сказали?.. Люси Карлесс! Что ж, я не откажусь играть даже из-за нее… Нет, я не то хотел сказать, миссис Роберте. Тысяча благодарностей. И, миссис Роберте, у меня есть друг, который сможет достать для меня нейлоновые чулки, если вы назовете ваш размер…

— Ну, — поинтересовалась Элеонор Петигрю, — как ты перенес заседание?

— Замечательно, — зевнул ее муж, — просто замечательно.

— О чем договорились?

— Дай вспомнить… Анонимный благотворитель намерен дорваться до городского органа, а Диксон ничего не мог возразить против Карлесс.