Достаточно было одного взгляда или нервного разговора ни о чем с ребятами в школе или где-то еще, чтобы понять: они живут с той же темнотой… Их глаза были мертвыми, и я понимала, что у них нет брата, как у меня, кого-то, кто дал бы им надежду… Нет Полярной звезды, в которую можно было бы верить… того, кто указал бы путь, когда ты чувствуешь себя потерянным.

– И ты им это давала, – у него на лбу собираются складки. – Ты была сильной для других. Помогала увидеть, что есть нечто большее. Ты была надеждой для потерянных душ.

Я чувствую щемящую боль под ребрами и снова встречаюсь взглядом с Кэптеном.

– Я пыталась… – Мой рот вытягивается в невеселой улыбке. – Это были всего лишь слова, подбадривающие жесты… сесть с кем-то рядом за ланчем, повалять дурака на перемене.

– И идея чего-то большего, надежда не пропадали. Ты давала им то, до чего они могли дотянуться в темноте, когда все, что у них оставалось, – только они сами, если не считать неба над головой. Это охренительно много, Бриэль.

– Да нет на самом деле, – тихо говорю я. – Но это все, что я могла предложить.

Кэптен кивает, на его лице отображается какое-то более глубокое чувство, но я понятия не имею, как его считать – настолько оно сложное.

– Ты могла бы быть счастлива здесь. Так ведь?

– Это все, чего я хотела.

Его брови встревоженно сходятся на переносице, он наклоняется ближе.

– Хотела?

Открываю рот, но тут же захлопываю.

Почему я сказала «хотела»?

Разве я не хочу этого сейчас?

Лицо Кэптена становится серьезным.

– Я вижу, что происходит, Бриэль. Мы все видим.

У меня внутри бурлит напряжение.

– Касательно чего?

Кэптен переводит взгляд на Мэддока и Ройса, стоящих в длинной очереди у ларька с едой.

– С ним нелегко справиться, – голос парня звучит строго, но в словах отчетливо слышится обеспокоенность. – Он самый твердолобый из всех, кого я знаю. Самый смелый, бесстрашный, но он… с ним непросто. Ройс сам все портит, когда дело доходит до чувств.

Я кошусь на Рэйвен, она сидит на лавочке рядом и не сводит с нас глаз.

Снова смотрю на Кэптена.

– Почему ты мне это говоришь?

– Потому что придет время, когда тебе нужно будет это вспомнить.

А разве оно не пришло?.

Хотя вряд ли Кэптен в курсе.

А может, и в курсе.

Между ними же нет секретов, верно?

– Ты так уверенно говоришь…

– Потому что я уверен, – без промедления отвечает он. – Мне нужно, чтобы ты понимала: то, что кажется концом, всегда лишь начало. И тогда его нужно оттолкнуть, чтобы он не потерял себя.

Он смотрит на меня.

Мейбл сказала то же самое, но услышать такое от Кэптена – это почему-то сильнее влияет на меня.

Когда я наконец заставляю себя кивнуть, он кивает в ответ и уходит.