Он качает головой, но парень у меня за спиной подносит рот к моему уху, и я поднимаю на него взгляд.

– Спасибо, – шепчет он.

Я киваю с едва заметной улыбкой и указываю головой на заднюю дверь.

– Может, нам ненадолго выйти, чтобы он окончательно остыл?

У него вырывается низкий пьяный смешок.

– Ага, ты права.

Он берет меня за руку, салютует брату и тянет меня за собой.

– Эй, Дженсон.

Парень останавливается, значит, это он и есть.

Мы оглядываемся – Мак привстал, глядя на нас.

Он стоит с бледным лицом.

– Не стоит тебе выходить.

Дженсон усмехается, и мы выходим за дверь.

Он выпускает мою руку, когда мы спускаемся с крыльца, и с улыбкой поворачивается ко мне.

А потом ему прямо в челюсть прилетает кулак.

– О боже, Ройс! – кричу я, но меня за талию обхватывают чьи-то руки, а в ушах звучит спокойный голос Мака:

– Я же говорил ему не выходить.

– Мак, какого черта?!

Его слова звучат еще тише.

– Замолчи. Твой голос только сделает хуже.

– Мой голос? – я качаю головой. – Почему?

– Тише, просто поверь мне, – шипит он.

Тут я слышу глубокий, хриплый и совсем не веселый смех Ройса.

Ройс начинает двигаться по кругу с видом маньяка типа Джокера, а Дженсон, как назвал его Мак, поднимает кулаки и группируется, но потом до него доходит, что это один из Брейшо.

Он сразу же поднимает руки вверх и отступает на шаг назад.

– Эй, чувак…

Ройс хватает его за горло.

На предплечье Ройса проступают вены, хватка становится все крепче.

Дженсон бросает на меня обвиняющий взгляд, и я одними губами произношу «прости». Но как раз в это время Ройс оборачивается ко мне и тоже это видит.

Он злобно хохочет и отшвыривает парня ростом пять футов и одиннадцать дюймов в сторону, словно тряпичную куклу.

А потом шагает ко мне. Мак меня отпускает, и мы остаемся с Ройсом лицом к лицу.

Он сверлит меня глазами.

Я сверлю его.

Он открывает рот, и я кричу.

– Да что с тобой не так, а?

Он захлопывает рот.

Становится тихо. Чертовски тихо.

В глазах Ройса вспыхивает огонь, но он сегодня настолько пьян и глаза его так налиты кровью, что это едва можно заметить. Я замечаю лишь потому, что он пристально смотрит на меня.

Гнев и досада, но на кого? На меня или на этого парня?

Я не уверена, что он и сам знает.

Ройс говорит, но лишь для меня:

– Почему он тебя трогал?

Я дергаю голову назад, открыв рот, но это длится всего лишь секунду, пока у меня не вырывается:

– Ты это серьезно?

– Бриэль.

Я поднимаю руки.

– Потому что я была для него отвлекающим маневром.

Ройс издает неприятный смешок, и он шагает ближе, облизывая губы.

– Ты не была, не будешь и, мать твою, не являешься ничем «для него».

– В смысле…

Погодите, что?

Я окидываю его взглядом и терпеливо объясняю:

– Ты сказал следить за порядком, найти способ. Именно это я и делала.