– Зайдешь? Или сразу пойдем?

Киваю в сторону лифта. Не уверенный, что если зайду, мы вообще куда-то поедем. Хочу ее до безумия. Желание выжигает меня до черных краев. Хочу толкнуть ее к стенке, заставить обвить мои бедра ногами и, вставив ей жестко, выйти с оттяжкой, наблюдая, как от похоти стекленеют ее колдовские глаза. Хочу навалиться сверху и трахать. Но я никогда себе этого не позволю. Она же… из другого теста совсем. Хрупкая, как птичка, и такая же пугливая. А впрочем, пока я даже не уверен, что смогу без последствий ее коснуться. Как в спасательный круг, вцепляюсь в разделяющие нас сантиметры. И держусь из последних сил.

– Ну, тогда дай пройти, – смеется Жанна. Я костерю себя, обзываю последним придурком, но внешне лишь неопределённо хмыкаю. И послушно отхожу, пропуская ее вперед. Еще одно испытание – лифт. На первый взгляд просторный, а на деле такой тесный, что я различаю темные крапинки на ее карей радужке, из-за которых глаза Жанны кажутся совсем черными.

– Значит, с цветами я угодил? – решаю я завести беседу. Жанна взволнованно лижет губы и быстро-быстро кивает, соглашаясь.

– Я весь день ими любуюсь. Спасибо.

– Надеюсь, с рестораном я тоже угадал. Ты какую кухню предпочитаешь?

– Мне не принципиально, – смеется девчонка. – Я – голодный студент. Забыли?

Усаживаемся в машину. Жанна снова жует губу. Я осторожно касаюсь ее пальцами, высвобождая ту из захвата её жемчужных зубок.

– Ты тоже кое-что забыла, – шепчу.

– Ч-что же?

– Мы перешли на ты.

Она осоловело моргает.

– Да, действительно.

Я довольно киваю. От греха подальше закрываю глаза и откидываюсь на спинку дивана. Опять же мне нужно как-то поддерживать диалог. Но я пока не могу. Я слишком остро переживаю близость девчонки. Меньше всего на свете я бы сейчас хотел ее напугать. Что непременно случится, если мне не удастся взять себя в руки.

В мои шальные мысли проникает странный звук. Я открываю глаза и успеваю заметить, что Жанна фотографировала…

– Что ты делаешь?

Девчонка очаровательно краснеет, что видно даже через толстый слой грима, который она за каким-то чертом нанесла.

– Фотографирую ваши руки… – наконец, замечает тихо.

– Зачем? – интересуюсь я, впиваясь в ее лицо взглядом. Жанна долго тянет с ответом, но потом все же шепчет:

– Я хочу их написать.

– Написать?

– Ну, да. Твои руки. Позировать мне ты вряд ли согласишься, а вот по фото можно попробовать.

Ее ответ удивляет меня настолько, что в штанах в кои-то веки становится чуть свободнее. Желание во мне вытесняет чувство любопытства. Я выставляю руки перед собой и гляжу на них, будто никогда до этого не видел. Кручу туда-сюда. Руки – как руки. Ничего особенного. Ни большие, ни маленькие, пропорциональные телу. Я колол дрова и успел загореть. Ногти чистые, достаточно крупные.