Я не спешила выходить и, прищурившись, бегала глазами по его худощавой фигуре, пытаясь высмотреть любое оружие. Осознав бесполезность и тупость собственных действий, я решительно открыла дверь и, выбравшись наружу, направилась к нему.

Его классический отутюженный костюм глубокого стального оттенка никак не вязался с вонючей подворотней, в которой мы рассматривали друг друга с пристальным интересом.

– У Рэндала всегда был отличный вкус, – довольно протянул незнакомец, бестактно шаря глазами по моему телу. Это фраза мне не понравилась, но озвученное им знакомое имя принесло немного облегчения и дало понять, что передо мной стоит тот самый Тревор.

Вслед за мужчиной я переступила высокий порог, и сырой запах подвального помещения моментально забил нос. В слабоосвещённом длинном коридоре с потолка свисало несколько облезлых лампочек, а возле стены за невысоким столом двое крепких парней играли в карты. При виде меня один из них отреагировал весёлым подмигиванием, и я, проигнорировав глупый флирт, повернулась к Тревору. Мужчина со скрежущим звуком провернул ключ в замке, передвинул две задвижки, а после взял в руки тяжёлый металлический лом и опустил его в специальные выступы.

– Копам придётся попотеть, чтобы добраться до нас, – пояснил он и двинулся вглубь здания. – Поединок начнётся через пятнадцать минут. Во время раунда советую держаться подальше от бойцов.

Странное наставление. Я вообще не собиралась к ним подходить.

– Они – агрессивные скоты. – Тревор открыл одну из обшарпанных дверей и пропустил меня вперёд. – Однажды сломали девчонке нос. Попалась под руку.

Я остановилась посреди небольшой комнаты без окон и обвела взглядом разбросанное по углам барахло.

– Переодевайся. – Парень кивнул на чёрные лоскуты, небрежно свисающие со спинки стула, стоящего в углу.

Я недоуменно смотрела на Тревора в ответ и не понимала, что происходит. Но с каждым новым вдохом в лёгкие пробиралась всё большая порция пронизывающего холода, вызванного отнюдь не подвальной сыростью.

– Пер… переодеться? Зачем?

Тревор вопросительно приподнял бровь и критически осмотрел мои джинсы и толстовку.

– Ты же не собираешься выходить в этом? Публика любит сиськи и жопы. В этом тряпье их не видно.

Воцарилась тишина, и я, осознавая, что близится самая настоящая катастрофа, нервно забегала глазами по комнате, выцепляя из всего этого беспорядка сложенные в углу пластиковые квадраты, с которыми девушки выходят на ринг, чтобы обозначить очерёдность раунда.

Неужели…

– Тревор, я не знаю, что сказал тебе Рэндал, но я – не ринг-гёрл, – я попыталась объяснить эту нелепость.

Он несколько секунд недоуменно хлопал своими круглыми глазами, а затем коротко рассмеялся:

– Хорошая шутка, я оценил.