Удивившись, что из нас двоих художественным полотном станет белокурый ангелок, Этан подкатил к одной из кушеток противно скрипящий стул и, приземлившись на него, предложил Эм сесть напротив. Мне же досталось довольно удобное кресло в самом тёмном углу, с которого открывался прекрасный обзор на всё происходящее в комнате.

– Уже выбрали рисунок и место?

– Бабочку. На лопатке.

Я расплылся в улыбке.

– Бабочка? Мило.

Блондиночка не отреагировала на мой комментарий. Всё ещё злилась?

– Какую-то конкретную или подберём из нашего альбома? – спросил парень, явно обрадованный, что не придётся всю ночь бить египетские рукописи на заднице.

– Конкретную. – Подозрительно колкие глаза Эм остановились на мне. – Кэрнсскую птицекрылку.

Улыбка вмиг слетела с моего лица. Я не знал, что это за насекомое, но по её потемневшему взгляду, запрещающему любые насмешки, догадался, что выбор был неслучайным.

– Хм… никогда не слышал о такой, – задумчиво проговорил Этан и полез в планшет. – Сейчас посмотрю… Так-так… У них очень красивый окрас… редкий вид… обитают…

– В Австралии, – перебила его Эм. – Они обитают в Австралии.

В комнате воцарилась удушающая тишина. Я в упор смотрел в бесстрашные голубые глаза, поражаясь, что она посмела притащить меня сюда, чтобы набить татуировку в честь бывшего. Мёртвого бывшего. Дико захотелось схватить её за шкирку, как непутёвого котёнка, и выволочь наружу. Запереть в тачке и вдоволь надымиться, чтобы выкурить из головы все опасные мысли о жестоком и очень глубоком наказании, которое вытрахает из цветочка не только грёбаные воспоминания, но и собственное имя.

– Крылья должны быть чёрными с вкраплением голубого и зелёного, – хитрая сучка продолжала безжалостно наносить мне удары.

 – Вот такие. – Эмили достала телефон и показала парню заранее подобранный рисунок.

– Отлично, подготовлю эскиз.

Пока Этан шуршал инструментами, листами бумаги и оборачивал каждый предмет в защитную плёнку, мы проедали друг в друге дыры. Моя девочка иногда вовсе не думала тем, что выше плеч. К чему этот цирк? Мстила за Алисию? Другого объяснения этой выходке я найти не мог.

Я приехал хорошо провести время, уйти хоть на несколько часов от своих дерьмовых будней. Расслабиться.

Но я совсем забыл, что с Эмили можно расслабиться разве что на кладбище. Цветочек очень профессионально умела жалить ядовитыми шипами в самый неподходящий момент.

Закончив с подготовительным этапом, Этан попросил Эм развернуться к нему спиной и снять одежду.

Блондиночка, не тушуясь, быстро скинула с себя олимпийку и решительно потянулась к краям футболки, когда я решил, что самое время выпустить наружу свой дрянной характер.

– Не смей снимать.

Две пары глаз удивлённо посмотрели в мою сторону.