Настолько, что парень серьезно начал переживать за их здоровье. Вот прозвучал небольшой шелест. Это кто-то из них выдохнул нижним вентиляционным отверстием. А мгновение спустя послышалось легкое журчание…

Мерзко? Глупо? Может быть.

Но они держались.

Тряслись. Едва не падали в обморок от страха, но держались.

И это – главное.

Как сказал однажды один умный командир – ты можешь обоссаться и обосраться, плакать, звать маму, пускать сопли… да что угодно вытворять, главное – чтобы ты выполнил боевую задачу. В точности и в срок.

Андрейка же, в отличие от этих гавриков, почему-то страха не испытывал вовсе. Видимо сказалась та ночная встреча с волками. Разумом он понимал, что этот медведь-шатун очень опасен. Однако психологически был готов выйти против него один на один.

Почему? Черт его знает.

Парень был продуктом XXI века. Природа особой храбрости ему не завезла. Ничего сверх нормы. Однако все эти жизненные потрясения произвели с ним некую трансформацию.

Шутка ли? Сначала увидеть смерть своих родителей, погибших в самом расцвете сил. А потом более пяти лет жить в ожидании того, что вот еще чуть-чуть и он сам отправиться к праотцам. Согласитесь, мало приятного. В ситуации с Андреем это привело к изменению отношения к смерти. Она перестала его пугать, потому что он с ней смирился. А потом, когда столкнулся с ней лицом к лицу в нем что-то перещелкнуло. Словно что-то сломалось… перегорел какой-то предохранитель в его голове.

Устинка и Егорка это тоже заметили. Сказали, что у Андрейки изменился взгляд. Как именно, объяснить они не могли. Но он стал неприятен. В нем не наблюдалось теперь ни злости, ни ярости, ни чего. Просто какая-то пугающая пустота. Словно он смотрел на них как мясник глядит на корову, прикидывая – как бы ее лучше разделать. Во всяком случае, когда холопы вызывали его раздражение именно это они и замечали. И их даже особенно наказывать не требовалось, потому как эта парочка сразу пыталась исправиться.

Сейчас же, если бы медведь мог говорить, то отметил бы еще и нотки азарта, проблескивающие в этой пустоте. Андрейка ведь смотрел животному прямо в глаза. И именно из-за этого взгляда «косолапый» решил подстраховаться, вставая на задние лапы, дабы напугать свою добычу. Он раньше сталкивался с людьми. А именно на них был похож запах этой «еды». Но те люди были крестьянами. А эти… пахли похоже, но выглядели иначе… и вели себя иначе…

Поэтому, поначалу воодушевившись, чем ближе он приближался, тем больше он настораживался. Однако голод не тетка, поэтому «косолапый» продолжал приближаться. Время от времени останавливаясь и принюхиваясь…

– Все вместе! Сулицами! Бей! – гаркнул Андрейка, когда медведь, вставший на задние лапы приблизился шагов на пять.

Устинка с Егоркой только этого и ждали.