– Тебе мало? Хочешь еще?

– Но он…

И брат Евдокии еще раз дал ей оплеуху.

– Ты плохо поняла?

– Спиридон, – произнес воевода, – уводи ее домой от греха подальше. А потом заходи, потолкуем.

Андрейка же подошел к Афанасию. Хотел было уже что-то сказать, но тот мягко улыбнулся и едва заметно покачал головой. После чего развернулся и пошел в храм, поманив парня за собой.

– Расскажи отцу Геннадию, как ты удумал эту лампу, – произнес настоятель, когда они укрылись от толпы за деревянными стенами.

– Как-то я заметил, что листья, слетающие с деревьев, иной раз, пролетая над костром, устремляются вверх. Меня это сильно заинтересовало. Ведь как так? Все падает на землю, а они взлетают вверх. Я начал специально их кидать и наблюдать. И это оказалось не случайность. Получалось, что воздух, когда нагревался, устремлялся вверх. Но что приходило на его место? Я предположил, что другой воздух. Ведь если черпнуть воды из речки, то река тут же смыкается, заполняя пустоты.

– А как связаны река и воздух? – без тени юродства поинтересовался отец Геннадий.

– Не ведаю. Но мне показалось, что воздух – это что-то похожее на воду, только намного легче и… жиже что ли. Ведь если воду кипятить, то она выкипает, уходя вверх паром.

– Любопытно, – кивнул священник. – Продолжай.

– И тогда я подумал, что если дуть на огонь больше, то он и разгорится ярче. А вокруг огонька горячо. Вокруг огонька, стало бы, должно не хватать воздуха, который постоянно убегает наверх. Но откуда приходит другой? С боков. Но по мере приближения он также нагревается и опять-таки убегает вверх. Из чего я сделал вывод – огонек задыхается, оттого и горит так слабо."

"– И ты решил сделать дырочки снизу? Так, чтобы огонек дышал свежим воздухом, приходящим через лампу?

– Истинно так. Я попробовал и у меня все получилось. Получилось, что, убегая вверх, горячий воздух, сосал из этих дырочек свежий, более холодный. Как вы видите – ничего сложного…

– Ничего? – усмехнулся отец Геннадий и начал прохаживаться. – Я много раз видел, как листья улетали вверх, пролетая над костром. Я сам раздувал огонь, чтобы тот лучше разгорелся и видел, что кузнецы особливо дуют мехами в горн, чтобы жара больше. Но мне и в голову не приходило ничего подобного.

– Случайность, – пожал плечами Андрейка. – Я юн и любопытен.

– А печь, о которой сказывал отец Афанасий, тоже связана с этим наблюдением?

– Да, но не только. Печь удалась скорее случайно. Оказалось, что если разжечь костер в основании трубы, то дым станет убегать в нее. И чем выше уходит труба, тем бодрее он туда побежит. Почему? Не ведаю.

– Интересно, очень интересно… – вышагивая по храму пробормотал отец Геннадий. – А как ты сделал так, чтобы внутри землянки стало тепло?

– Дым горячий.