— Хочешь? — незнакомец протянул бутылку. — Я, правда, слегка простыл и чуть ли не впервые в жизни охрип. Но, думаю, пятилетний коньяк лучше всякого антисептика.

Я молча взяла предложенное. И, не рассчитав силы, сделала сразу три больших глотка. Закашлялась. В горле зажгло, точно хлебнула лавы прямиком из жерла вулкана. Из глаз брызнули слезы. Вообще-то я не любитель крепких напитков, разве что виски смешать с колой. А вот неразбавленный коньяк пила впервые — так впервые мне было так больно и одиноко. А простуда — это ерунда. Меньшее, чего я в тот момент боялась, это разболеться.

— Осторожнее, я не отберу, — раздался рядом беззлобный смешок. — Хочешь?

Мне протянули бутерброд с копченой колбасой — и это было самое вкусное, что я когда-либо ела. По крайней мере, за сегодняшний день. В последний раз еда попадала в мой желудок утром, в самолете. А сейчас, кажется, глубокий вечер. Эх, и долго же я шла.

Стало темнеть, подул с моря легкий бриз, даря долгожданную прохладу и остужая мое разгоряченное и зареванное лицо.

Незнакомец перехватил у меня бутылку, сделал глоток и вернул. Я последовала его примеру. В голове приятно зашумело — словно мозги расплавились, превратившись в маленькое море. Наконец-то мысли о предателе Артуре отступили, краски увиденного в отеле подстрелись и не доставляли столько боли.

Мужчина снова отхлебнул из бутылки.

— Тоже хреново? — участливо поинтересовалась я.

— В точку, — голос выдал его боль, мне не показалось.

Мы выпили еще. Я слопала второй бутерброд. Удивительно, но было так легко сидеть рядом с незнакомцем и просто молчать. Каждый о своем.

— Как зовут? — решился просить он спустя десяток минут.

— Неважно, — отмахнулась я. — Давай останемся незнакомцами.

Он не стал возражать. Мы выпили еще — коньяк уже плескался на донышке бутылки. После очередного глотка я нагнулась и, морщась, потерла икры. Бегать по офису на огромных шпильках я привыкла — дресс-код, мать его. А вот рассекать по песчаному пляжу — ни разу.

— Помочь? — предложил мой незнакомец.

Я кивнула, не думая о последствиях. И только когда он устроился передо мной на коленях, слегка вздрогнула. Но вместо того, чтобы одернуть подол, прикрыла глаза. Плевать, даже если меня изнасилуют прямо на пляже, а после бросят, не заплачу. Слезы попросту кончились. А тело получило иммунитет к боли.

Но ее не было.

Незнакомец плеснул на ладони коньяка, растер, согревая, а после стал аккуратно и нежно массировать мои икры. Одну ступню разместил у себя на колене (очень сильном, я даже пяткой чувствовала крепость стальных мышц), а вторую стал разминать. Действия его были мягкими и в то же время ощутимыми. Кровь понеслась по венам, словно ей придали реактивное ускорение.