Допотопная вещичка. Изображение нечеткое, смазанное. Но с основной задачей камера справилась.

Мое сердце пропустило удар, а после болезненно сжалось. Из всего сказанного Дэном мой разум вычленил только одно: кого-то несли… Но кого? Кристину или Эдика? А, главное, куда их повезли?

— Объявите эту машину в розыск! — проорал я в трубку, теряя самообладание от страха за Кристину.

— Уже сделано, босс, — хрипло, словно бы нехотя отчитался Дэн.

Спустя час машину нашли брошенной в лесополосе. А в ней — раненого Эдика. Парнишка был без сознания и почти не дышал. Врачи, проводившие осмотр, сказали, что он родился в рубашке — пуля прошла в нескольких миллиметрах от сердца. И дала ему шанс выжить.

В бессознательном состоянии Эдика доставили в больницу. А о Кристи мы так ничего и не знали. Пожираемый тревогой, я вместе с Дэном просматривал ту самую запись с видеокамеры. И обнаружил любопытную вещь.

— А ну-ка, перекрути назад! — попросил Дэна. — Приблизь вон того дохлого типа.

Все они были в масках, но этого выдали повадки. Привычным жестом он провел по башке, точно собирался пригладить волосы. Рука дернулась, но замерла, вынувшись в исходное положение.  Он спохватился, но мне этого хватило.

— Сука, это же Леон Нодэ! — выдал я, чуть ли не вжимаясь лицом в проектор. — Фигура похожа и этот жест…

— Быть не может, — охнул Дэн рядом. — Босс, мы и представить не могли. Столько раз пересматривали эту запись и ничего…

— Ты не был знаком с этой мразью лично. Это он, Дэн! — у меня руки чесались прикончить этого дрища. — Наводи справки, немедленно. Он наверняка сейчас пытается покинуть страну. Вместе с моей самой дорогой жемчужиной Кристиной.

Глава 50

Кристина

Он не собирался спать со мной на виду у подельников. Гребаный эстет Леон Нодэ лишь издевался, наслаждаясь моими мучениями. Мял мою грудь, забирался в трусы, выставляя всю напоказ и на потеху. Но когда я осталась лишь в нижнем белье, остановился.

— Поедешь со мной! — объявил он. — Не люблю ничего делать в спешке. Но учти, пикнешь — и тебе конец.

Это я понимала и без дополнительных указаний. Тому, кто решился на похищение, уже ничего не страшно. Леон чувствовал себя абсолютно безнаказанным и всесильным.

В соседней комнате кто-то глухо застонал.

Я обернулась на звук. Эдик, ну, конечно же, кто еще мог находиться там. Ему было плохо, но он был жив — в тот миг это было для меня самым главным. Черт бы побрал эту забытую папку с документами. Мы оба, и я, и Эдик, оказались заложниками ситуации. Не войди мы в здание так поздно вечером, сейчас были бы уже в особняке Алекса. Ужинали и понятия не имели, каким подонком оказался известный коллекционер.

— Грохнуть его, шеф? — уточнил один из громил Леона.

Тот раздраженно поморщился.

— Не надо здесь мокрухи.