Кончики пальцев зудели, предчувствуя новую загадку древности, и я начала раскладывать на столе обрывки полуторатысячелетней карты.

Многие названия и города сохранились и по сей день, но были и такие, о которых я никогда не слышала. Конечно, это не показательно, ведь преподавали нам в основном новую историю, не углубляясь в такие дебри, о которых даже легенд не осталось. Это одна из причин, по которой мне мало что известно о Священной Войне.

Положив поверх старой карты чистый рулон плотной бумаги, я приступила к черчению. Наметив грифелем меридианы, я столкнулась с первой проблемой: полное несоответствие исчисления широты и долготы в старой и новой картах.

Запустив пальцы в волосы, я напряженно думала, склонившись над обрывками старой бумаги. Почему так? Что все это значит? Цифры с тех времен сохранились и в нашей письменности, но тогда получается, что... На новой карте явно была изображена полная карта мира. Этому свидетельствуют и нулевые широты на полюсах, и ровная линия меридиана в центре. Но на старой карте меридиан пролегает там, где нынче принято видеть южный полюс. Получается, что старая карта – не карта мира, а только северной его части? Получается, южнее есть еще ровно столько же земли? Получается. .. Ничего не получается. Как так вообще? А может, я просто бездарный картограф, который ничего не понимает?

Скорее всего так и есть. Смирившись с собственной глупостью, я занялась тем, чем и собиралась – перечерчиванием старой карты на новую бумагу. Линии мягко ложились на положенное им место; я чутко следовала всем изгибам материков и островов; краем глаза поглядывала на новую карту десятилетней давности, чтобы во время работы видеть, как изменились очертания суши за полторы тысячи лет.

Конечно, разница в меридианах немного сбивала с толку, но я просто приняла ее как данность, решив попробовать еще раз разобраться с этим позже. Возможно, когда карта будет восстановлена, я что-то пойму?

Это дело заняло у меня весь остаток дня. Перепачкавшись в грифеле и чернилах по локоть, я была больше похожа на трубочиста, чем на герцогиню, но почему-то никто не обращал на это внимание. Несколько раз заходила экономка, сетуя, что ""лучше бы с детишками побегала, чем над этой пылюкой чахнуть"", но, стабильно не получая ответа, вздыхала и ставила рядом со мной поднос с отваром и закусками.

Сладкие лепешки были очень вкусными. И вот, когда работа была окончена, я окинула получившуюся карту новым взглядом. Нет, совершенно точно, это не карта мира. Точнее, не всего мира, а только его половины. Вопрос: где еще половина? Бережно свернув новую карту и вложив в нее обрывки старой, я потянулась, разминая затекшие плечи.

Который час? За окном уже темнеет.