Простота и монументальность в каждой детали.

В погребальном зале на каменных постаментах стояли урны с прахом лордов. У дальней стены возвышался алтарь Единому, на который принято приносить подношения духам, а остальное пространство было уставлено каменными скамейками. Урна моего мужа была из золота и украшена драгоценными камнями. Я понимаю, что мертвым нет дела до сокровищ мира живых, но я просто пыталась сделать хоть что-то.

Сев на скамейку напротив последнего пристанища маркиза Адертанского, я достала скрипку из тканевого чехла и приготовилась сыграть ту же мелодию, что и всегда.

Думаю, это был тот самый якорь стабильности, который нужен мне в этой бурной пучине постоянных перемен. Что бы со мной ни происходило, я всегда знаю, что могу прийти сюда и все будет, как раньше.

Нет в мире более жизнеутверждающего места, чем кладбище. Придешь вот так вечерком в плохом настроении, посмотришь вокруг и вдруг поймешь, что еще не все потеряно. Любая проблема перестает быть глобальной, а решение оказывается до боли простым.

Главное – остаться живой. Это моя религия.

Привычная музыка полилась по холодному склепу, отражаясь от стен гулким эхом.

Будто приветствуя старую знакомую, в чашах с маслом плясали языки алого пламени, отбрасывая вокруг причудливые тени. Они двигались, и порой создавалось впечатление, что в этом движении есть какой-то смысл, какое-то послание. Стоит лишь немного присмотреться, и можно увидеть батальные сцены, полководцев с копьями верхом на удивительных и невиданных скакунах, диковинных птиц и ужасающих чудовищ. Что угодно, на что хватит разыгравшей ночью на кладбище фантазии. Страшно не было, ведь что бы я здесь ни увидела, ночью во сне будет стократ страшнее. Даже по прошествии стольких лет мои кошмары не стали более понятными.

О том, что в склеп вошел кто-то еще, я поняла по тому, как дернулось пламя, прерывая свой чарующий танец. Оборвался звук струн, мелодия стихла, а мне на глаза мягко легла черная лента повязки. Мой собеседник все еще не желает открыть свое лицо. Опустив скрипку на колени, я почувствовала, как плечи укрыл чужой теплый плащ. До этого я и не думала, что успела замерзнуть. Лица коснулся незнакомый запах дорогих мужских благовоний. Он был столь призрачен, что я невольно втянула носом воздух, пытаясь уловить его вновь.

Это был аромат дыма и холода. Казалось, что он все время ускользает, как и его хозяин.

– Не стоит так легко одеваться, Роза. Эта зима обманчиво теплая. – раздался за спиной голос теневого короля.

– Этой зимой многое обманчиво, Ветер. – зазвучал мой спокойный голос, шелестом льда отражаясь от промерзших стен каменного склепа. – Ты заставляешь себя ждать.

– В этом нет моей вины. – с улыбкой в голосе ответил мужчина. – Твоя мелодия зачаровывает.