Он много видел на своем веку: детей, из которых в лагерях Аль-Каиды вымуштровали террористов, невзрачных ботанов, на поверку оказавшихся настоящими маньяками, шикарных с виду женщин, работающих на разведку врага, и так далее. Этот список можно продолжать бесконечно. Поэтому, когда из холла больницы ему навстречу вышла маленькая хрупкая блондинка, чем-то даже похожая на его девочку, Руслан не стал торопиться с выводами. Ни о ее профессионализме, ни о чем другом.

– Татевик Багратовна?

Блондинка слабо улыбнулась и кивнула, скользнув небрежным, но оттого не менее внимательным взглядом по его погонам.

– Генерал… э-э-э?

– Руслан. Просто Руслан. Давайте без официоза.

– Тата, – пожала плечами блондинка. – А раз без официоза, то, может, присядем в буфете? Если честно, я ужасно проголодалась.

– У меня есть предложение получше. В квартале отсюда находится отличный ресторан. Позвольте угостить вас ужином?

– Знаете… Это лучшее предложение за сегодня, – рассмеялась Тата. – Вы подвезете?

– И назад верну. Все в лучшем виде."

"Спустя четверть часа они устроились на большой крытой веранде, напоминающей больше итальянский дворик. Сделали заказ, Тата – полноценный ужин, Руслан – лишь воду. Почему-то он нисколько не сомневался, что Алиса что-нибудь приготовит, и не хотелось ее разочаровывать отсутствием аппетита.

– Вы хотели обсудить результаты обследования одной моей пациентки.

– Да. Алиса Вебер. Вот, я здесь распечатал кое-какие заключения, если вы не слишком хорошо помните этот случай.

Тата вздернула бровь. Подтянула к себе поближе бумажки и принялась листать.

– Хм… Этот случай я помню даже очень хорошо. Но это документы, которые мы не выдаем на руки пациентам.

Руслан с намеком вздернул бровь.

– Да. Я в курсе.

Сидящая напротив него женщина… Она не занервничала даже, как, наверное, поступила бы любая другая на его месте. Лишь смерила его еще одним внимательным взглядом. Прерывая их диалог, у нее зазвонил телефон. Тата извинилась, быстро что-то написала и спросила, отложив трубку:

– Скажите… Вы отец этой девочки?

Руслан невольно растянул губы в широкой улыбке.

– Нет, – заметил мягко, – я ее мужчина. А что это меняет?

– На первый взгляд все. Это информация конфиденциальна, и я не могу ее вот так обсуждать… с посторонними.

– Но все же обсуждаете.

Тата вскинулась. Закусила губу, повертела в ладонях перечницу. По правую руку, будто из воздуха, материализовался официант и поставил перед ней тарелку с салатом.

– Да… Да, неверное, вы правы. Просто… этой девочке… Алисе… ей нужна помощь, понимаете?

– Более чем. За этим я к вам и пришел. Мне нужно понимать, в каком состоянии ее здоровье на самом деле.

– Для чего?

– Для чего?

– Да! Для чего вам это нужно?

– Для того, чтобы ей помочь выздороветь.