На майские праздники Даша настолько осмелела, что сказала матери:

— В деревню не поеду. Мне надо готовиться к экзаменационной сессии.

— Смотри, в подоле не принеси, — скривилась родительница. — Вижу я, как ты готовишься.

— В моей зачетке одни пятерки! — вспыхнула Даша.

— Дык ведь это только начало, доча! Что дальше-то будет? — Вера Ивановна поправила выбившуюся из-под выреза кофты лямку бюстгальтера. Даша подозревала, что и мать начала пить, вид у нее был неопрятный, лицо одутловатое.

— Мне осталось учиться два года!

— Вот и я о том же, — туманно сказала мать.

 — Дальше-то что?

Но на поездке в деревню настаивать не стала. Даша осталась в общежитии. Было тепло и солнечно, в соседнем вузе, где учились парни, проходили легкоатлетические соревнования.

— Пойдем, Дашка, посмотрим, — позвали подружки. — Чего в такую погоду дома-то сидеть?

И группа поддержки отправилась на стадион.

Его она заметила сразу, хотя бежал он далеко не первым. Но трибуна, на которой сидели болельщицы, дружно скандировала:

— Дан! Вперед! Голицын! Forever!

— Красиво бежит! — толкнула Дашу локтем в бок сидящая рядом миловидная Лена.

 — Ух ты, какой красавчик! Миронова? Ты ослепла, что ли? Или оглохла?

— Да… — машинально откликнулась она. — Красиво…"

"У него были темные волосы, как ей и нравилось. И светлые глаза, сначала Даше показалось, что голубые. Глаза были серые, но ей к тому времени было уже все равно, какого они цвета. Потому что она влюбилась насмерть. Даниил Голицын. Звезда. Странно, потому что учился он средне. И бегал тоже средне. В волейбол играл как все, но его охотно брали в любую, даже самую звездную команду. На любой групповой фотографии Даниил Голицын неизменно был в центре.

Как-то так получалось, что он вставал перед камерой, а все остальные облепляли его, словно железные опилки магнит. Казалось, вся Вселенная вращается вокруг Даниила Голицына. Это удивительное свойство и делало его человеком неординарным. Звездой. А как он улыбался! У Даши сердце от этой улыбки проваливалось в самый низ живота, она чувствовала, как бедра изнутри становятся влажными, а руки бессильно повисают вдоль тела.

Надо было что-то делать с этой любовью. Даша, как прилежная студентка-отличница, сначала выяснила, в какой группе учится Дан, на какую дискотеку ходит, если вообще ходит, как и где он проводит свободное время.

К институтским вечеринкам Голицын давно уже остыл, его папа стал большим начальником и денег присылал столько, что сыну хватало на дорогие рестораны. Но Даше повезло. Подружки кое-что порассказали. Оказывается, Дима Сажин, с которым Дан жил в одной комнате, подрабатывает в буфете, находящемся в том же зале, что и дискотека, чтобы гостям не сидеть за пустыми столиками.