"

"Потом будут говорить, что Берия готовил вооруженный мятеж силами органов госбезопасности и внутренних войск. Все это ерунда. Для этого он должен был отдать приказ внутренним войскам войти в Москву, блокировать Кремль и правительственные здания. Командующий войсками МВД Аполлонов просто послал бы его с такими предложениями. У Лаврентия были хорошие позиции среди руководителей областных МВД, но в столице они ничего не решали. А армия была против него. Берия надеялся победить на привычном ему поле — в аппаратных играх. И для этого использовал всю мощь органов — прослушивал телефоны, подключил агентурный аппарат, осуществлял слежку за своими оппонентами.

А Хрущев решил перевернуть игровую доску и принялся готовить военный переворот. Постепенно министр обороны Булганин, командующий Московским военным округом Москаленко стали его людьми. Всех подтянул к себе сладкими обещаниями. А главное — страхом перед Берией. Ведь всем было понятно, как Лаврентий будет сводить счеты и вымещать обиды, если придет к власти.

26 июня 1953 года Ясный был в своем кабинете на Лубянке. Позвонили из Кремля и потребовали:

— Не выходить никуда и не направлять силы в город полтора часа.

У Ясного внутри похолодело — он знал, к чему ведут подобные указания, и четко ответил:

— Есть.

В это самое время в Кремле началось заседание Политбюро, на котором Хрущев обрушился на Берию с обвинениями в ревизионизме и предложил снять его с должности. А командующие войсками МВО и МПВО тихими мышками сидели в приемной. Получив условный сигнал, они гордо зашли в зал.

Маршал Москаленко достал пистолет, прицелился в Берию, объявив зычно:

— Вы арестованы.

Вечером в кабинете министра Круглов и Ясный пригубили по рюмке водки.

— Тебе бы сказали арестовать Берию — арестовал бы? — спросил Круглов.

— Конечно, арестовал бы, — кивнул Ясный.

— И я.

Оба сильно не любили Берию, так что в душе какой-то праздник был. Ощущение, что воздух очистился. Очень сильное напряжение создавал Лаврентий. Было понятно, что в случае его победы страну ждет большой террор — бессмысленный и беспощадный. Если Сталин, фанатик сильного государства, использовал террор в целях государственного строительства, то Берия, лишенный стратегического мышления и, главное, непоколебимой преданности делу, устроил бы террор исключительно в целях установления единоличной власти. Это была бы катастрофа для страны.

После ареста Берии устроили обыски по всем его местам обитания. Когда вскрывали сейф в Совмине, он был весь заполнен упаковками с дамскими вещами — бельем, духами. Это приготовленные подарки его многочисленным любовницам. Потом по Москве запустили слухи, что он чуть ли не школьниц на улицах заталкивал в машину и насиловал. Но это из области городских легенд.