– Она придет! Не важно, сколько тебе лет! Она здесь! Сын…

Звук оборвался, экран погас, я моргнула и увидела Ивана Сергеевича, который в ярости топтал вынутый из проигрывателя диск.

– Мерзость, мерзость, мерзость, – твердил он.

Туман в моей голове растворился, липкая паутина, обмотавшая тело, пропала.

– Что вы делаете? – испугалась я.

Иван смотрел на осколки диска.

– Люба слушала эту дрянь! Психоделическую! Успокаивалась! Ненавижу!

– Ваша жена посещала психотерапевта и он дал ей этот диск? – сообразила я. – Подскажите его адрес!

Реакция Доброва на простой вопрос была невероятной.

Добров схватил меня за плечи, легко, словно нашкодившего котенка, протащил по коридору, вытолкал на лестницу и со словами: «Пошла вон!» – захлопнул дверь.

Я оказалась на площадке у лифта в чужих домашних тапочках и без куртки.

В первую секунду меня охватила растерянность. За окном проливной дождь, джип припаркован на достаточном удалении от подъезда, придется бежать по лужам, этак легко простудиться! Потом пришло удивление. Что я совершила бестактного? Включила видеоаппаратуру хозяина? Почему просмотр мною диска вызвал у Доброва припадок бешенства?

Дверь в квартиру, из которой меня грубо вышвырнули, распахнулась, в зоне видимости появился Иван Сергеевич.

– Танечка, дорогая, – воскликнул он, – бога ради, простите. Не знаю, что с моими нервами! Заходите скорей, вы еще, не дай бог, заболеете. Извините дурака! Бросился на вас волком! Боже, как стыдно!

– Ничего, – пробормотала я и поспешила в прихожую, чтобы надеть туфли и куртку, – вы пережили тяжелый стресс.

– Он не оправдывает хамства, – затряс головой Иван, – ни в коей мере! Понимаете, Люба принесла этот диск и стала его слушать! Отвратительно! Какая-то дикая лекция по психологии! Я спросил: «Солнышко, где ты взяла эту дурь?» А жена устроила скандал, кричала что-то про самосовершенствование.

И в конце концов призналась, что приобрела товар в метро, его там какой-то коробейник предлагал. Пообещал Любе, что после десятикратного просмотра у нее будет прекрасное настроение. Обычный мошенник, таких в подземке толпы. Но Любаша ему поверила.

– Значит, диск не получен вашей женой от ее психотерапевта? – осторожно уточнила я и на всякий случай быстро вышла из квартиры.

Иван замер на пороге и нервно засмеялся:

– Нет! Любаша никогда не посещала психолога. У нас в последнее время было не очень свободно со средствами, а сеансы очень дорогие.

– Может, она рассказывала вам о враче, который пользовал ее в подростковом возрасте? – рискнула я задать еще один вопрос.

– Ну что вы, – отмахнулся Добров, – ее мать, Мария Николаевна, была женщиной безответственной, обожала танцульки, дочерью не занималась. Моей покойной теще и в голову не могла прийти мысль о психотерапевте.