«Думаю, я справлюсь, но мне нужны гарантии», – намекает на предоплату.

«Знаете себе цену?» – неосознанно печатаю. И по лбу себя бью. Заигрываю с подчиненной? Нашел время!

«Я знаю цену деньгам…»

Прыскаю смехом. Деньги не проблема. В подтверждение этому перевожу адекватную сумму на ее счет по номеру телефона.

«Это аванс. Остальное получите, когда работа будет выполнена», – в догонку посылаю.

Жду расшаркиваний и благодарности. Но эта мучительница молчит!

Минуту. Две. Пять.

Мало ей денег?

Ну, охамела совсем! Не выдерживаю и…

Отправляю еще. Половину предыдущей суммы.

Слабак, да, но мне нужна Злата.

«Нет, что вы. Хватит, пожалуйста. Прекратите переводить мне деньги. За мою работу этого будет достаточно», – прилетает мне. Погружаюсь в состояние шока: всякое бывало на моем веку, но чтобы от больших денег отказывались… Такое впервые. Честный дизайнер мне попался, чересчур даже.

И следом: «Я вижу здесь три варианта. Сделаю все, а заказчик пусть выберет. Думаю, мне вполне хватит недели. Какой крайний срок?»"

"Три варианта? Всего за неделю? Нет, это реально, конечно, но… сложно. Тем более, в одиночку.

«РОВНО через неделю жду ваши эскизы», – отправляю строгое сообщение. На самом деле, я готов простить ей просрочку. Но это не мешает мне строить из себя сурового босса. Пусть она не расслабляется.

Ликую, когда получаю согласие.

А через пять дней, раньше оговоренного срока, приходят готовые эскизы. Еще через сутки – Мейер одобряет все три. Подписывает со мной контракт, который невозможен без Златы. И в моем медиахолдинге пусть неофициально, а на условиях фрилансерства – становится на одну «светлую голову» больше.

Кстати, интересно, какого цвета на самом деле у Златы волосы? Впрочем, неважно…

Глава 9

Время спустя

Злата

Неуклюже провожу тыльной стороной ладони по лицу, убирая прилипшие к холодным щекам, влажные после дождя темно-рыжие пряди, и переступаю порог больницы. Оглядываюсь с тяжелым вздохом: каждую деталь в приемной помню, всех дежурных в лицо знаю. Бываю здесь чаще, чем дома. Впрочем, обстановка в городском роддоме и в моем общежитии примерно одинаковая. Вот только посторонних глаз и злых языков здесь больше.

Придерживаю рукой внушительных размеров живот, внутри которого разгорается утренняя революция. В это время рыжики всегда «танцевать» во мне начинают и требуют чего-нибудь сладенького… или кисленького – сами между собой договориться не могут! Веду ладонью от одного бока к другому, чувствую толчки и перевороты. Улыбаюсь, но тут же губы сжимаю в прямую линию.

«Не привязывайся. Они не твои», – ехидно напоминает внутренний голос. И я… соглашаюсь.

Ускоряю шаг, направляясь к стойке приемной.