Я ошарашенно на него посмотрела, не веря тому, что услышала.

– Зачем? Зачем тебе это?

– Я так решил, – пожал он плечами.

Я чуть наклонилась, заглянула в темные глаза. Он смотрел на меня вообще без выражения. Даже огня внутри я сейчас не чувствовала. Клетка вокруг души демона оказалась несокрушимой.

– Рион… Это невозможно. Я не хочу с тобой ехать. И быть с тобой тоже… не хочу. Я, как и ты, просто хочу разорвать слияние. И все.

В его лице ничего не изменилось. Слышал ли он меня?

– Это не важно, Ветряна, – спокойно произнес он, – даже если ты говоришь правду… – усмехнулся. – Это не важно. Ты поедешь со мной.

– Да? И кем же я стану в роскошном дворце Правителя Хаоса? – с горечью спросила я.

– Я сделаю все, чтобы в Хаосе тебе было удобно.

– Удобно?! Удобно мне дома, в Риверстейне!

Он чуть склонил голову и не ответил. Я вздохнула, не зная, как донести до него свои чувства так, чтобы он услышал.

– Рион, я не могу, понимаешь? Просто не могу. Как смотрю на тебя… Сразу вспоминаю петлю времени… Всегда, – прошептала я.

В его глазах что-то дрогнуло и тут же затянулось темнотой.

– Я знаю. Но это пройдет. Со временем. И даже если нет… – он отвернулся. – Ты поедешь со мной, Ветряна. И будет лучше, если ты просто примешь это.

И поднявшись, дернул меня вверх, а потом впился в губы злым поцелуем. Он терзал и мучил, словно наказывая меня за то, с чем не мог бороться. Но уже через миг поцелуй изменился. Рион обхватил руками мое лицо, притягивая ближе, нежно лаская губы. Трогая языком снова и снова, не позволяя мне отстраниться. Заставляя принять его и подчиниться. Заставляя забыть.

Забыть обо всем. О Ксене и ее Тьме, о долгом пути, о петле времени и моих страхах. Огонь демона пылал внутри, сплавляя наши сущности. Вот только я не могла позволить себе раствориться в этом поцелуе. И потому вырвалась, отвернулась. Пламя внутри обожгло, а потом стихло.

Мы с Арххаррионом снова закрылись, не позволяя себе чувствовать друг друга.

И что бы ни ждало нас впереди, я знала, что никто не вернется домой прежним. Каждый из нас изменится, и оставалось лишь надеяться, что эти перемены будут к лучшему!"