— Начинаю вспоминать насколько ты неугомонный, — смеется, а я прижимаю к себе, аккуратно, стараясь не толкнуть моего парня.

То, что это сын, жена была права. После всей заварухи мы таки побывали на первой встрече. И…без мата сложно выражаться, но тот момент зафиксировался в памяти навсегда. Пусть я ни черта и не увидел в мониторе, но когда тыкнули носом, был готов врача подбросить в воздух. А затем и непрерывно благодарить ее, оставляя трепетные поцелуи и царапая щетиной.

— Ну, может сестренку…

— Марат! — тут же вскрикивает моя леди: — Я еще сына не родила даже, а ты уже за третьего?!

Не скрывая удивления практически визжит, а я смеюсь как полудурок.

Веду ее внутрь коттеджа, где нам все подготовили, как для молодоженов и продолжают это ежедневно обновлять. Хотя, признаться, нам обоим эти лепестки роз уже невмоготу наблюдать. Благодаря бризу и полностью открытым дверям и окнам, когда мы на берегу, они залетают в самые разные места, так, что мы втроем потом находим их буквально во всем.

Как только входим, задергиваю белые тюли прочными шторами, и поворачиваюсь к жене."

"Она в ожидании стоит посередине комнаты, а затем медленно освобождает себя сначала от верха своего купальника, демонстрируя мне налитую, упругую грудь с розовыми ареолами и аккуратными торчащими сосками.

Качаю головой, пребывая в экстазе только от того, что могу просто наблюдать. Дари медленно развязывает сначала одну сторону плавок, а затем и вторую, откидывая их от себя.

Черт.

— Моя идеальная, — хриплю, проходясь глазами по каждому участку обнаженного тела, а она улыбается шагая ко мне.

— Твоя очередь, муж, — шепчет прямо в губы, обвивая мою шею и играя пальчиками на затылке.

Дергаю шнурок шорт, одновременно с тем, как вторая рука считает ребра моей девочки, заставляя мне улыбаться. А затем добавляю и первую, когда освобождаюсь от ненужной нам, минимум на пару часов, одежды.

Едва ощутимо пройдясь по ее губами своими, раскрываю их, медленно и нежно… Хотя самого подтряхивает от желания накинуться со всей своей страстью, оказаться прямо сейчас в ней. Жадно испивать и наблюдать безумный блеск ее глаз, требующих утонуть в волнах, одного на двоих, удовольствия.

— Марат, — выдыхает она, прижимаясь ближе: — Не дразни.

Прорываются приказные нотки и издавая утробный рокот, я повинуюсь этой женщине. Забираю в плен ее сладкие губы, напористо, даже грубо, но она только льнет ближе и отдается мне. Руки уже с нетерпением ласкают ее шелковистую кожу, с нажимом проходятся по аппетитной груди, защипывая сосок, и спускаются ниже.

— Люблю тебя, маленькая… — отрывисто хриплю на секунду отстраняясь, а она отвечает мне сбивчивым дыханием и стоном.

Невозможно высечь из сердца эту любовь. И я не позволю сделать это и ей.