Тех, кто по глупости вторгся в запретную зону, потом долго и безуспешно пытаются привести в чувство в психиатрической клинике. Так вот. – Она снова посмотрела на него с укором и зашептала дальше: – Я всегда задавалась вопросом, почему же наш учитель не сделал Андрея пожизненным донором. Но потом догадалась. Один Андрей не даст столько энергии, как десятки, а то и сотни моих пациентов. Да и он точно знал, кто стоит за ним. Мог и без головы остаться.

– И кто же стоит за твоим мужем? – настороженно осведомился Стрельников, мысленно осаживая себя: «не спугни, твою мать, не спугни!».

– Мой второй муж – сводный брат крупного криминального авторитета. Они годами не общались. И мне кажется, что Юрий каким-то боком причастен к нападениям на Машу. Только я так и не поняла, в чем причина. Старалась, но я же тоже не всесильная. Но это теперь и не важно.

– Почему? – вскинулся, насторожившись, Витольд. Она словно увидела, как он на долю секунды ощерился, словно дикий зверь. Встал в стойку, приготовившись к прыжку.

«Моя сестра и дети под надежной защитой», – подумалось Лиде. Она передернула худыми плечиками и бросила невзначай:

– Юрий умер в тюрьме. Сердечная недостаточность. А Андрея убили вчера вечером.

– Откуда ты знаешь? – изумился Стрельников такому повороту.

– Я не поняла, почему брат мужа взъелся на мою сестру и захотел ее смерти. Высшие силы показали мне месть за массовое убийство. Но почему именно Маша, я так и не поняла.

– Чапаю мстили, – нехотя бросил Стрельников. – Помнишь историю, как они с мамОлей познакомились?

– Господи, – прошептала Лида, закрыв лицо руками. – Получается, мой муж тоже причастен. И к аварии с Никитой тоже.

– Наверное, – рыкнул Витольд. – Знал бы, сам вчера бы придушил. И его, и брата-уголовника."

"– Их уже нашло возмездие, а тебе руки марать ни к чему, – рассудительно заметила она и, тяжело вздохнув, продолжила:– Мы отвлеклись от главного. Наш с Андреем учитель посчитал, что «многоходовочка» – самый лучший вариант. Мне тогда тоже умирать не хотелось, я мечтала стать известной целительницей. Андрей согласился, так как любил меня. Вот наш учитель и умудрился часть энергетического потока, получаемого Андреем, передать мне. Это очень сложная техника. Я ей не владею и даже считаю грехом. Но мы вот так и жили многие годы. Постепенно я и сама научилась брать энергию из космоса и отдавать ее нашему учителю. Этот способ мне казался самым правильным, а отбирать силы у пациентов – бесчеловечным. Мне хотелось попросить учителя снять привязку на мужа, но каждый раз, когда я об этом заикалась, случались отвлекающие события. А где-то полгода назад он умер.

– Можно найти специалиста, умеющего отвязать тебя от покойника, – нетерпеливо, словно мальчишка, бросил Стрельников.