— Я тебя сейчас убью!

Честно говоря, Степа не выглядел бойцом, ростом он особо не вышел, едва дотягивал до метр семьдесят, весу в нем тоже было, кот наплакал — чуть больше семидесяти килограмм, да и выражения лица было чаще всего сонное или задумчивое. Но на самом деле, наш Степка Левченко, свой первый разряд по боксу получил еще в двенадцать лет, а спортивную карьеру закончил в двадцать два, имея разряд мастера спорта по боксу и самбо, а если еще учесть службу в армии, где он служил в каких-то там засекреченных войсках, то можно сказать, что пьяный чиновник, кидаясь с кулаками, был, мягко говоря, не прав!

Степан сделал шаг в сторону, пропуская мимо себя разъяренного голого носорога, и в самый последний момент подцепил его ногу набалдашником трости. Колбаскин потеряв равновесие, пролетел несколько метров в воздухе, смешно махая руками, как будто пытаясь преодолеть земное притяжение и взлететь, и упал на столик, где стоял ноутбук и принтер. Повторный громкий грохот возвестил, что мебель и оргтехника, приказали долго жить!

— И-яяя! — раздался громкий визг из коридора.

Степан медленно развернулся на визг, параллельно держа боковым зрением барахтавшегося среди обломков ДСП Колбаскина.

В дверном проеме стоял в боевой стойке давешний атлет, из одежды он успел натянуть только узкие стринги леопардовой расцветки.

— Предупреждаю, что у меня дан по айкидо! — гневно закричал крепыш, вскидывая руки, так, чтобы раскрытые ладони оказались на уровне глаз. — Я владею бесконтактным боем!

Хрясь! — тяжелая трость пролетела три пять метров и с громким треском врезалась набалдашником в корпус доморощенного «Стивена Сигала». Качок в очередной раз согнулся и издав поросячий визг, повалился на пол. Вот тебе настоящая бесконтактная боевая система! А то все: айкидо, да айкидо! Тяжелая палка — вот наше все!

— Кобаскин, слушай сюда! — Степан понимал, что если останется в этой квартире еще хоть пять минут, то рискует навешать на себя несколько уголовных статей. — Ты сейчас звонишь в исполком и договариваешься за меня. Мол, завтра подойдет Степан Левченко, надо решить его вопрос. Понятно? А если ты этого не сделаешь, то я позвоню журналистам из «Крым-Новын» и они устроят тебе знатную фотосесию, ты же знаешь, как они любят вашего брата? Ну, что звонишь?

— Да-а! — гнусаво проблеял чиновник. Колбаскин умудрился при падении расквасить себе нос. — Сейчас только телефон найду.

Через несколько минут Колбаскин созвонился с какой-то Мариной и объяснил ей, что от неё требуется. Видимо на том конце провода не сразу поняли, что хочет пьяный чиновник, потому что Колбаскин еще минут десять орал, как потерпевший, грозя всевозможными карами и угрозами.