Поэтому вопросы о личной жизни, о причинах твоего хорошего-плохого настроения не только не зазорны, а обязательны! И никоим образом не было пустым любопытством: дело твое — пускать нас в свою личную жизнь или нет, но знать, что с тобой происходит, мы обязаны!

Дорога предстояла долгая — в Сибирь, где группа заполошных экстремалов, количеством двадцать один человек, предприняла поход в зимнюю тайгу, на выживание. Новый вид суперэкстремального отдыха для переевших обычных развлечений, не в меру богатых граждан. Группа канула, как все дилетанты, попадающее в тайгу, как водится, без вести.

Команда привычно и сноровисто устраивалась спать — лететь еще и лететь, а спать старались при любой возможности, впрок.

Больших в самолете и сон несовместимые вещи, но Степан устроил себе лежбище — не спать, так отдохнуть про запас.

— А Вера как же? — спросил устраивающийся рядом Лев Гурьевич.

— Вера так же. Все остальное «также»! — ответил раздосадованно Степан.

— Ну-ну! Посмотрим! — предрек старшой неопределенно, повернулся на бок, поерзал и затих, засыпая.

Степан усмехнулся, поворочался, устраиваясь удобней, закрыл глаза и подумал о не самом простом решении, для себя уже подписанном и печатью прихлопнутом: «Никакое не «ну-ну», и смотреть нечего!»

На следующий день после их встречи в кафе они с Надей поехали смотреть дом.

Накануне вечером, когда они ужинали, сестрицын муж разъяснял ситуацию:

— Дом и участок — это замечательно и весьма нефигово стоит. Я на правах твоего добровольного адвоката проверил все документы и не поленился, съездил, посмотрел. Красота! Современные, стильные хоромы, бывшая жена тебя не обманула. Поселок этот считается весьма престижным, и там много богатых домов новых русских.

Не Рублевка, вестимо, но тоже очень солидно. Дороги, все коммуникации, телефонная линия с московским номером. Охрана поселка недавно установлена, и даже выделенная линия Интернета проведена. Но! — Он поднял руку с оттопыренным пальцем, заостряя внимание на важности заявления. — Ты понимаешь, что по закону получаешь половину всего? А именно: квартиры, Надеждиного бизнеса, всех активов, в том числе на счетах в банке, одну из машин, коих у нее две приблизительно одинаковой стоимости, и половину этого самого дома с участком. А это го-о-ораздо больше, чем просто дом. Намного больше!

— Никакие Надюхины деньги, бизнес мне не нужны, Юр, ты ж понимаешь. Мне просто надо где-то жить, и хотелось бы не в конуре. И все!

— Ты дом этот видел? — удивился зять.

— А как ты думаешь? Мы ж Надей туда наезжали в выходные. Она там парадные дачные посиделки устраивала. Правда, я там был последний раз года полтора-два назад. И не помню точно.

— А в каком он был состоянии?

— Да в хорошем состоянии! — не понял Степан вопроса.