– Я … – начинает она дрожащим голосом, – Мне помощь нужна, а именно, моей дочери.

– Сколько? – тянусь к бумажнику в кармане брюк, собираясь просто откупиться или заняться благотворительностью. У меня совещание через десять минут, не до нее.

– Триста тысяч, – вскидывает гордо голову, пепельная прядь падает на лоб.

– Рублей?

– Да.

Отсчитываю купюры пятитысячными, кладу на стол секретарши.

– Все?

– Да, – ее голос дрожит, но смотрит вызывающе, словно изначально настроилась на борьбу, – Не хотите узнать, как ее зовут?

– Кого? – разворачиваюсь, чтобы уйти, но притормаживаю у двери в свой кабинет.

– Вашу дочь?

– Ты сейчас серьезно? – усмехаюсь.

– Мне не до шуток, – смело произносит девушка.

– Я могу понять все, – разворачиваюсь опять к ней, – Но у вас какая-то группа, может, есть или чат какой под темой, как раскрутить олигарха на бабки?

– Нет, – пятится испуганно.

– Тогда что еще нужно? Я тебе бабки дал, мозги не крутил, доказательств не требовал, что еще?!

– Это ваша дочь! – вдруг вырывается из девушки крик, – Вы что, совсем бесчувственный и равнодушный?!

Делаю стремительный шаг к ней, нависая всем своим ростом. Схватил бы за горло, но ребенок на ее руках тормозит.

– Слушай, ты, я не посмотрю, что у тебя на руках ребенок, но совесть должна быть?

– Я не вру!

– Врешь! – отбриваю ее протест, – Ничего у нас с тобой не было и быть не могло!

– Было!

– А ты упертая, – выдыхаю обозленно, – Жизнь тебя ничему не учит. Получила свои деньги и иди, не оглядываясь.

– Это не для меня, а для Василиски, – вдруг всхлипывает девица.

– Имя-то какое, кошачье, – морщусь в ответ, – Давай без сантиментов. Сейчас дал, больше не приходи. В следующий раз охрану вызову или в участок загремишь, поняла?

– Ты мне не веришь, – обреченно произносит мать ребенка, – Пусть так, если бы не операция, я бы в жизни к тебе не пришла.

– Вот и не нужно было, – говорю удовлетворенно, собираясь уйти, – Вот, еще, купи там памперсов что ли, и еды, худая больно.

Кидаю на стол еще пачку, даже не знаю сколько там. Просто достал из портмоне и бросил. Она провожает деньги безумным взглядом, который я не могу понять.

– Ты не помнишь… – выдыхает девица, снова впиваясь в меня своими зелеными глазами, которые искрятся от слез, – Меня не помнишь и нашу встречу."

"– Конечно, нет, – усмехаюсь, окидывая ее взглядом. С такой я бы, конечно, замутил, но на одну ночь, не более.

– Вспомни, ночной клуб «Облака», танцпол, девушка танцует у шеста… – произносит она, а я хмурюсь, пытаясь вспомнить. Зачем мне это нужно вообще?!

– Дальше?

– Ты изнасиловал меня в мужском туалете, пока твоя охрана стояла у дверей.