Коньяк обжигает горло, разливаясь теплом по груди. Нервы и мысли начинают успокаиваться, выстраиваясь в какое-то подобие логической цепочки. Прежде всего нужно вспомнить ту предновогоднюю ночь, которую я ни черта не помнил. Каждый год наша компания устраивает корпоратив для сотрудников, впрочем, как и все другие. В этот раз мероприятие проходило в пафосном клубе Gipsy на Болотной. Несколько залов полных людей, развлечений на любой вкус, шоу. В каждом зале стояли елки – шедевр дизайнерской фантазии. Помню, все рассматривали их, пили коктейли, общались. Я даже танцевал. Дальше полный провал. Очнулся уже у себя дома. Но я точно не мог никого изнасиловать, не в том состоянии был, да и вообще не мог!

– Максим Эдуардович, вот, – в кабинет заходит Вика.

Все еще сердится на меня, пухлые губы превратились в тонкие нитки.

– Вик, давай вот не будем мне ходячую совесть изображать. Хорошо работаешь, продолжай дальше, но мораль мне читать не надо и даже не советую начинать, – морщусь я, принимая от нее лист с написанными данными.

– Хорошо, Максим Эдуардович, но вы скажете мне…

– Вика, я вроде понятно все сказал? – прерываю ее, и она разворачивается на каблуках, что-то там ворчит тихо себе под нос и уходит из кабинета."

"Сердито комкаю бумагу в руке, сжимая кулак, но тут же встряхиваюсь словно пес и распрямляю лист. Так, кто тут у нас: Абрамова Варвара Алексеевна. Проживает Октябрьское поле, дом 36… Ничего себе прописка московская и что же эта девочка делала в клубе у шеста? Хотя сейчас черт их поймешь, кто есть кто. Или прописка липовая. Как же я ее найду, если она там не живет. Варвара, надо же имя какое и дочь назвала себе под стать, Василиса, Васька.

Перебираю машинально имя дочери на слух, склоняя по-всякому, а что, мне нравится. И ничего оно не кошачье. Василиса Максимовна… Интересно звучит. Так, о чем я думаю вообще? Какая к черту дочь?

На столе взрывается рингтоном телефон, отец.

– Максим, ты еще на месте? – сердито спрашивает он.

– Да.

– Я тебе сказал, куда ехать?

– Куда?

– К Высотину! Ты сегодня вообще слышал, что на собрании было или так, присутствовал для отвода глаз.

– Да слышал я все, – ворчу, накидывая снова пиджак, который снял, пока по кабинету ходил, – Сейчас поеду.

– Давай, вправь там ему мозги. Вроде не дурак, а как отца не стало, опять с катушек съехал.

– Да, Вадим нормальный, что ты начинаешь? Не перебесился просто еще, – выхожу из кабинета, кивая Вике, прикрываю трубку ладонью, – Я уехал по делам, машину мне вызови. Сегодня уже не вернусь, – секретарь кивает, а я выхожу в коридор, слушая отца:

– Вадима нужно приструнить, ему доучиться надо. Поговори с ним по-мужски, вы всегда нормально общались. Потом нашему адвокату позвони, пусть с этой девицей поговорит, что заявление написала.