— И еще… До самого отлета в Швейцарию, он не должен узнать, где я.

Изменившись в лице, папа встретился с моим немигающим взглядом, словно желал убедиться, что не ослышался. Но сразу понял, что я осознавала каждое сказанное слово.

Только Бог знает, чего стоило мне озвучить это решение, которое через агонию рождалось в моих мыслях, и собственной рукой подписать нам с Артуром приговор. Лишь когда папа покинул палату, я дала волю чувствам. Свернулась клубочком на ненавистной жесткой койке и заглушила подушкой свои рыдания…

Прости меня.

Смерть Филиппа непоправимо повлияла на все ориентиры моей жизни, однако не только это заставило меня понять, как можно встретиться лицом к лицу со смертью. Внезапно, ничего не подозревая. И как легкомысленно мы относимся к жизни, которая может оборваться в любой момент!

Врачи скрыли это от меня — наверняка отец приказал. Я узнала случайно, как раз в тот момент, когда подумала, что на мне судьба уже достаточно отыгралась… Но сама судьба и подвела к этому.

Медсестра, ухаживающая за мной, не только помогала справляться с туалетом, но и регулярно меняла мне… прокладки. Я не задавалась вопросом, откуда кровотечение. Решила — это последствия внутренних повреждений или может из-за стресса месячные пришли раньше срока. И думала бы так до последнего, если бы однажды медсестра не осеклась.

Она невольно выдала мне правду при очередной смене средств гигиены. Когда я в сердцах проворчала, как мне это надоело, женщина обронила фразу, забывшись и желая меня подбодрить: Потерпите. На ранних сроках, кровь обычно недолго идет.

От воспоминания этих слов, моя кожа до сих пор покрывалась гусиной кожей. Медсестра поздно поняла, что я не знала. Но ей пришлось выложить все, и новая волна потрясения окончательно сбила меня с ног.

Я была беременна. Была. Я носила под сердцем ребенка Артура, но в аварии получила много внутренних ушибов, и… у него не оставалось шансов. В голове с трудом укладывался даже факт беременности, но эта новость стала для меня последней точкой. Гвоздем, забитым в крышку гроба, где я похоронила надежду.

Я много думала: а что если бы?.. То и дело трогала низ живота, где периодически ныла боль заживающих тканей, каждый раз ловя себя на мысли, что там была жизнь. Во мне росла маленькая жизнь, после которой осталась лишь неприятная, ледяная пустота!

Прости меня, любимый…

Но я больше не смогу восстановиться и шагать так же смело как раньше. Ты всю жизнь ходишь по самому краю, и я не вынесу… Я не выдержу, если вдруг потеряю тебя! Я больше не смогу жить как прежде и закрывать на все глаза.

Хорошо, что мой телефон потерялся во время аварии.